Управившись с картошкой, я откусил кусок бутерброда и взялся за кружку. Но когда я поднес ее ко рту, меня словно кто-то толкнул в бок.
Я бросился в кабинет. Так и есть. Пришел ответ от неведомого Алексея. Донельзя лаконичный:
"Вас понял. Сегодня в пять ноль-ноль.
Алексей".
Предстояло убить пару часов. Впрочем, имея под рукой комп, это нетрудно. Я сел за машину и открыл проводник. В папках, находящихся на диске Цэ, были либо рабочие программы, либо текстовые файлы. Тетка удалила даже набор игр типа "Сапер" и "Пасьянс", входящих в стандартный пакет "Windows".
Я матюкнулся. Ладно, алкоголичка-трудоголичка, я знаю, где можно раздобыть что-нибудь забойное...
Пока комп скачивал из интернета "Quake-2", я вернулся на кухню и быстренько допил совсем уже остывший чай.
- Чем думаешь заняться до половины пятого? - спросила Карина.
- Буду монстров валить, - сказал я. - Время пролетит как одна минута.
Карина осеклась. По-моему, на ближайшие полтора часа у нее были другие планы. Например, опробовать не без моего участия роскошную двуспальную кровать с водяным матрасом...
Извини, дорогая. Я не расположен. В другой раз, любимая...
Чтобы не слышать звукового сопровождения, выстрелов и рева чудовищ, Карина запустила в гостиной видик и плотно затворила дверь. Все равно акустика была будь здоров. Она смотрела "Пятый элемент". Очень, знаете ли, в тему...
***
Играя, я, как всегда, увлекся. Вроде бы регулярно на часы посматривал, а тут вдруг глянул - батюшки светы, уже без двадцати пять!..
Я выключил машину и бросился в гостиную.
- Мне пора, - сказал я. - Скоро вернусь. Если что - позвоню.
Она кивнула, глядя на экран.
- Не огорчайся, девочка. Чтоб человека не спугнуть, мне надо одному идти.
- Я понимаю, - сказала она негромко.
Накинув куртку, я вышел на лестничную площадку, захлопнул дверь (замок был английский) и побежал ловить такси. По правилам, я должен был, конечно же, подстраховаться: менять машины, чтобы сбить со следа наружку (или хотя бы обнаружить ее), приехать на место раньше, осмотреться, нет ли топтунов...
Нет уж. Буду крутиться - меня точно засекут. Лучше уж все сделать с налета. Тем паче, парнишка явно не наш, случайный. Потому-то на него не смогли выйти ни воры, ни менты, ни чекисты....
Такси остановилось. Я сунул водителю купюру, и быстрым шагом направился прямо в "Волну". Людей у входа было немного. Какой-то мужик вытирал сопливый нос своему чаду. Да еще молодая женщина поднималась по ступенькам.
А слева от входа нетерпеливо переминался с ноги на ногу парень лет тридцати с газеткой в руках. Типичный компьютерщик-программист, знающий о криминалитете и бизнесе лишь по публикациям в желтой прессе...
***
Алексей меня в лицо не знал. Я его - тоже. Сперва, пока я приближался, он пожирал меня глазами, а потом, убедившись, что я иду мимо него, к ступенькам, потерял всякий интерес и нервно глянул на часы.
Я резко изменил траекторию, достал из кармана сигарету и огляделся по сторонам, как бы ища, у кого прикурить.
- Молодой человек, у вас огоньку не найдется? - спросил я.
- Я не курю.
- Ах, да вот же она... - Я щелкнул зажигалкой, прикуривая, и сказал негромко: - Здравствуйте, Алексей. Я - Станислав Полонский. Тот самый.
- Чем докажите? - спросил он вдруг.
- Гм... Паспорта у меня с собой нет. А если я вам назову свой почтовый ящик и текст вашего последнего письма?
- Назовите.
- Полонски собака апорт точка ру. "Вас понял. Сегодня в пять ноль-ноль". Подпись: Алексей.
Он кивнул и сунул мне газету.
- Почитайте вот это на досуге, Станислав. И больше не пытайтесь меня разыскать. Я не хочу иметь что-либо общее с вашими делишками!
- Э-э-э, погодите, - сказал я. - А где то, что просил передать Мухин?
- В газете, - прошипел он. – Прощайте!
И ушел быстрым шагом, не оглядываясь.
Весь архив - тысячи страниц текста, сотни аудио- и видеокассет - в одной газете? Тут что-то не так...
Я развернул газету, свернутую трубкой. Внутри лежал мятый конверт. Самый обыкновенный.
Глава тридцатая
В парке на Комсомольской площади я сел на скамейку. Я хотел еще раз перечитать записку, обнаруженную в конверте. Два ключа, лежавшие вместе с запиской, я еще в такси сунул в карман.
На обычном листе бумаги для ксерокса было написано:
"Стасик,
если ты сейчас читаешь это письмо, значит, со мной что-то случилось.