- Черт, до чего у тебя всё некстати, - процитировал он Курта Воннегута низу живота. Правда, Розуотер имел в виду не мочевой пузырь, а кое-что иное, но это уже не важно.
"Надеюсь, полуночи еще нет..." - подумал Стасик и принялся стучать в дверь.
Минуты через три деревянный щиток в двери скользнул в сторону. "Хорошо, что у меня не расстройство желудка..."
- Почему шумим? - спросил дежурный.
- Извините, мне надо отлить.
Щиток закрылся. "Козел, блин!.." - явственно произнес голос за дверью. Дверь отворилась, и на пороге появился милиционер.
- Руки за спину, - распорядился он. - И гляди у меня - без фокусов!.. Ноги на хер переломаю... Прямо по коридору и направо!
Стасик послушно заложил руки за спину и поволокся в туалет. Милиционер шел следом, отстав на три шага, - вполне достаточно на тот случай, если ведомый захочет ударить ногой.
Стасик опорожнил мочевой пузырь в расколотый унитаз, испытывая неловкость оттого, что дверь осталась приоткрытой. После чего его сопроводили обратно, в изолятор.
Неуместная в этой обстановке догадка осенила его. Похоже, от таких прогулок и родилась на свет божий фраза "Своди мой х.. пописать...". Он с трудом удержался от порыва расхохотаться. "Когда выйду на свободу, будет что рассказать", - подумал он.
В изоляторе Полонский опустился на настил и закрыл глаза. От желания расхохотаться его вдруг пробило на смертную тоску. Он даже пару раз всхлипнул, но сумел взять себя в руки. Просто сидел, прислонившись спиной к холодной шершавой стене, и старался ни о чем не думать...
***
С лязгом отворилась дверь, и Стасик проснулся. Если верить сизой мгле, разгоравшейся за зарешеченным окном, было не то четыре, не то - пять часов утра.
Вошли двое. Они были в форме. Один держал в руке дубинку, выразительно постукивая ею по ладони. Дескать, только попробуй, козлиная харя... Другой - сжимал наручники.
- А? - пробормотал Стасик спросонья. - Что?
- Полонский? - спросил милиционер. Журналист кивнул. - Встать. Руки за голову!
- Меня что, выпускают? - спросил Полонский, подчиняясь. От подобного сидения у него ныла спина.
- Переводят в СИЗО-3, - ответил милиционер у него за спиной. Щелкнули наручники.
- Почему - в СИЗО? - почти закричал Стасик. - Ведь я невиновен, дело сфабриковано!..
Он еще много чего бы сказал, но тут резиновая дубинка ударила его в бок.
- На выход, - приказал милиционер с дубинкой. - Кто виновен, а кто - нет, решит суд.
Его вывели во внутренний дворик. Здесь стоял милицейский бобик с зарешеченными окнами.
***
На проспекте Мира (Ставрополь) у обочины остановилась машина дорожно-патрульной службы. Старший лейтенант дорожно-патрульной службы Виталий Кириллов вылез на обочину и сказал напарнику:
- Я сейчас - вот только сигарет возьму...
- И минералки.
- Хорошо.
Около комка уже стояли двое. Самые обычные парни, лет двадцати двух - двадцати пяти от роду. Ничем не примечательные. Но, увидев человека в форме, стали вести себя как-то нервно.
Кириллов заметил, что они слишком торопливо купили две бутылки вина. Не считая, взяли сдачу. И быстрым шагом направились в сторону Дома Книги.
Может, конечно, они просто спешили. Всякое бывает. Может, они уже попадали в поле зрения милиции и вынесли из этого общения самые неприятные воспоминания...
В милиции разные люди работают. Есть и коррупционеры, приторговывающие информацией и оказывающие платные услуги. Есть и бандиты, в свободное время занимающиеся тем, против чего борются. Некоторые сотрудники ОБНОНа распространяют наркотики. Вневедомственная охрана – грабит или наводит воров...
А есть и другие - те, кто честно несёт службу по охране правопорядка, бросается на ножи...
На всякий случай милиционер решил проверить свои подозрения. Он крикнул вслед парням:
- Одну минуту, молодые люди!
Те остановились. С очень недовольным видом.
- Старший лейтенант Кириллов! - представился милиционер. - Попрошу ваши документы!
- Да какие документы, командир, - сказал парень с бутылкой в руках. - Мы во-о-он там живём. - Он махнул рукой куда-то вдоль проспекта. - Пойло закончилось, нас телки ждут... Ну кто ж в таких случаях паспорт с собой берёт?
Очень убедительно сказал - ни тона фальши.
- Мы ж все-таки славяне, а не лица кавказской национальности, - рассудительно добавил второй. - Это пусть они с паспортами в сортир ходят.
Да, парни явно были не "черные"... Другое дело, что лицо второго показалось знакомым. "Где я с ним встречался?" - подумал Кириллов.