- Спасибо, - через силу выдавил он. Видимо, несмотря на обиду, ему приятно это слышать.
- Так, когда ты, наконец, попросишь вернуть тебе "меч"? - поинтересовался он, как бы невзначай.
- Никогда. Ты и сам прекрасно это знаешь...
- Да-да, знаю. Обман раскроется, и все такое. Но, может, хоть немного её расширишь?
- Прости, Куукан. Не сейчас. Ты...
- Я и сам знаю. Верно... - как-то грустно произнес он. Его можно понять. Он сидит здесь целыми днями и ночами. И, несмотря на то, что мечу не настолько нужно общение и время для него тянется по-иному. Несмотря на все это хозяин обязан поддерживать связь со своим зампакто. Эта печать, как мы за прошедшее время успели выяснить, навсегда. Её уже не разрушить и не снять. По крайней мере, я, пока что, не знаю такого способа. Можно только расширить, чтобы зампакто комфортнее чувствовал себя во внутреннем мире.
- Кстати, как считаешь, достаточно ли у меня реяцу? - Куукан криво усмехнулся.
- Увы и ах, нет. Впрочем, ты уже многого достиг за эти годы и осталось совсем немного. Мы можем начать тренировки, как в старые добрые времена.
- Было бы замечательно.
- Замечательно было бы, если бы ты начал осваивать материализацию. А тренировки - мой долг, - заметил он, улыбнувшись.
- Хорошо-хорошо. Займусь этим прямо сегодня. День все равно свободен, - в ответ зампакто лишь кивнул.
- Ну, что ж, начнем? - он встал со своего кресла и размял шею.
- Начнем.
Несколько часов во внутреннем мире Куукан издевался надо мной, как только мог. Мы не дрались, нет. Меч в очередной раз, как когда-то давно, учил меня. И в этот раз я учился ориентироваться и перемещаться по искаженному пространству, параллельно перемещая туда-сюда большие и маленькие предметы интерьера. Я же, в искаженном пространстве был таким, какой есть. Целым и нормальным, в отличии от попавших под искажение предметов. Вогнутые, растянутые, приплюснутые, выгнутые стулья, столы, машины, дома... все! Объекты менялись в зависимости от искажения. Один раз Куукан создал нечто вроде тоннеля, скрутив складку в пространстве. Там я мог наблюдать самый обыкновенный столб, выкрутившийся по спирали во всю свою длину.
- Бррр... - повертев головой, я внимательно всмотрелся в своё отражение на лезвии клинка. Ровного, прямого клинка. Мир вокруг тоже не спешил никак меняться, он был цел и един. Ещё несколько минут мне казалось, будто стены и скалы в пещере Урахары какие-то не такие. Будто бы они то и дело норовят измениться. Но, к счастью, ничего не произошло. Щелкнув пальцами, я убрал шикай и принялся за материализацию. Думаю, такими темпами через лет шесть-семь я и достигну Банкая. Все-таки, несмотря на огромный резерв и опыт, печать ужасно мешает подобным манипуляциям.
Так и пролетели остатки дня. Я лежал на твердом грунте, пачкая свою сегодняшнюю форму, и пытался хотя бы чуть-чуть вытянуть разум собственного меча во внешний мир. Получалось у меня скверно. Хотя, чего я хотел от первой попытки? Счет времени я потерял довольно давно, как, собственно, и перестал замечать все вокруг. В реальный мир меня вернуло чье-то покашливание наверху. Открыв глаза, я увидел улыбающююся рожу Иссина. Что, уже вечер?
- Уже?
- Да. На улице стемнело час назад, - невозмутимо отозвался Шиба-старший. Кряхтя, я поднялся с земли и, прищелкнув пальцами, поймал появившийся меч. Одно быстрое движение и из арки портала на нас неприветливо смотрит междумирье. Иссин протянул мне в руки специальное приспособление для сдерживания потока Корю. Усмехнувшись, я покачал головой.
- Нет. Сегодня моя очередь.
- Хорошо, - немного удивленно сказал Иссин.
- И так был огромный перерыв, - улыбнулся я Шибе-старшему. За последний год мы всего четыре раза выбирались в Дангай, и все это время я держал поток Корю. Усевшись прямо на грязную землю междумирья, я положил клинок на колени и провалился во внутренний мир. Эти несколько секунд в реальном мире будут тянуться долго...
Из внутреннего мира меня выдворили как-то подозрительно быстро. Или это я потерял счет времени. Спины коснулась нога Иссина. Я обернулся. Лицо капитана десятого отряда уже успело покрыться щетиной, как, собственно, и мое. Он стоял, удерживая поток корю и, заметив, что я обернулся, кивнул вперед. Там, далеко в конце тоннеля был отчетливо виден желтый огонек. Кототсу.
- Что-то он рано...
- Пять дней, - отозвался Иссин.
- Ну, для первого раза пойдет, - поднявшись на ноги, сказал я, потягиваясь. Тело ужасно затекло.
- Тебе не кажется, что нам пора? - приподняв бровь, спросил Иссин.