Шунпо, взмах катаной и от пустого не остаётся ничего, кроме мокрого места. Быстро хватаю детей, мальчишку и девчёнку в странной фиолетовой юката и быстро-быстро уматываю на безопасное расстояние. Взрослые могут и сами додуматься спрятаться от кого-нибудь, или убежать на худой конец. Но дети...
- Так, малышня, гулять в обществе незнакомых монстров очень опасно. Проваливайте отсюда побыстрее, - сказал я и, не дождавшись реакции, добавил, - Быстро!!! - эти двое драпанули в семьдесят седьмой район, на границу которого я их и доставил, а я вернулся к своим обязанностям, размышляя, кого же мне напоминают эта девчушка с фиолетовыми глазами и пацан с пречёской-ананасом из ярко красных волос.
С пустыми провозились до вечера, правда я покинул Руконгай всего спустя три часа. Остатками занимались обычные рядовые, они просто вылавливали единичных, разбежавшихся монстриков и добивали их. Никто в Сейритее не имел понятия, что послужило причиной такого масштабного вторжения пустых. Разобраться в этом позволили пятому отряду, что меня немного беспокоило и нервировало. Но здесь я уже сделать ничего не мог. Семьдесят восьмой район - их юрисдикция.
На следующее утро меня разбудил стук в дверь. Причём такой мощный, как будто кто-то ломился в дверь изо всех сил. Сонный, я медленно доковылял к двери и открыл её. Увиденное меня поразило до глубины души. Такой толпы народу я не видел у себя в гостях никогда. Капитан, лейтенант, четвёртый офицер... все какие-то суровые, довершали картину три не знакомых синигами с довольно странного вида "ухватами" в руках.
- Шиба Изаму? - коротко спросил самый крайний.
- Да... - уже понимая, что происходит что-то странное, ответил я.
- Вы арестованы. Вас обвиняют в измене, в связи с вчерашней атакой пустых. Прошу, не оказывайте сопротивление и последуйте за нами в зал суда, иначе мы будем вынуждены применить силу! - быстро сказал он. Я бросил короткий взгляд на капитана и, пожав плечами, сдался.
Под таким своеобразным конвоем меня доставили в суд. Здесь я никогда не был прежде. Место, где мне предстояло защищать свою невиновность представлвло собой небольшую круглую площадку, что-то вроде амфитеатра, вокруг которой, постепенно поднимаясь, заседали сорок шесть "советников". Каждый скрывался за странной бумажкой с номером, что было немного забавно. Кроме меня здесь, внизу, стояли лишь капитан двенадцатого отряда, Урахара, и Кенсей. Три канвоира поставили меня в центр и отошли к выходу.
Судебный процесс начался. В полутёмном помещении все эти высоко сидящие люди за табличками немного пугали. Надо сказать, хороший психологический трюк. Мне зачитали обвинение. Суть его сводилась к тому, что именно я впустил толпу монстров в Руконгай, я виноват во многих смертях мирных жителей и ещё много в чем. Их не волновало, что именно я их и уничтожал. Даже огромный взрыв они приписали уничтожению улик, так как я прибыл на место довольно быстро. В доказательства своей правоты они приводили сведения от "свидетелей". Якобы около сотни простых горожан видели меня в течении последней недели, а так же целых два офицера пятого отряда, которых заинтересовало, что же такого я забыл в районе, за который они отвечают. Имена офицеров мне не назвали, но догадаться, кто это был, не составило особого труда.
Я потерял дар речи. Вот так просто? Они хотят повесить на меня всех собак за проишествие, даже имея настолько липовые и глупые доказательства? За что?! Окончательно сломаться мне не дало присутствие двух капитанов. Урахара довольно гневно и жестко отстаивал мои интересы и критиковал приговор. Я никогда не видел его таким. Обычно спокойный и весёлый, он превратился в воинственного крикуна, казалось, готового драться за каждую букву в приговоре. Кенсей тоже поддерживал меня, уверяя Совет в моей невиновности. В конце концов, не мог же я быть в двух местах одновременно?
Сначала меня хотели просто лишить духовной силы и сослать в мир живых. Потом просто казнить. Да-да, у синигами это считалось не настолько страшным наказанием, как ссылка в мир людей. И только когда в ход пошли самые стойкие аргументы, когда своим ораторским мастерством Киске и Кенсей загнали Совет в угол, да так, что не признать мою невиновность они, как казалось мне, не могли... был использован самый грязный, с моей точки зрения, трюк. Один вопрос. Один - единственный вопрос поставил в тупик как Урахару, так и Кенсея.