Повисло молчание, пока они все обдумывали это.
— Двух копий этого дневника будет достаточно, — сказал Эребус, кивнув в сторону Эллиота. — Один для Лейксайда и один для Толанда. Влад, когда эта встреча закончится, ты позвонишь Ставросу. Скажи ему, что есть факты, которые он должен знать и которые нельзя обсуждать по телефону.
Влад кивнул.
— Я позвоню ему и попрошу сесть на ближайший поезд.
<Я всё равно считаю, что мы должны рассказать большему количеству людей>, — сказал Эллиот.
<Теперь не имеет значения, сколько людей знают>, — сказал Саймон. <Они лгали друг другу и пытались обвинить нас, чтобы причинить неприятности. Они намеренно делали всё так, чтобы их народ голодал в наступающем году, чтобы создать ещё больше конфликтов. Именно из-за этого терра индигене в диких землях будут решать, что произойдёт дальше>.
Никто не произнёс ни слова, пока они обдумывали последствия. Люди мало что понимали о терра индигене, которых они могли видеть. И уж тем более они вообще ничего не понимали о коренных жителях, которые жили в диких землях.
— Поезд. Поезд, — сказала Тесс. — Когда Мег проговаривала последнее пророчество, она произнесла это слово дважды. Распорядитель и его… люди… потратили годы, обучая её, так что всё, что она говорит в пророчестве, имеет смысл.
— Ставрос приедет на поезде, — сказал Влад.
— И кто-то другой тоже. Хорошо это или плохо, но я думаю, что нам следует ожидать второго посетителя.
Саймон крякнул, пытаясь подняться на ноги.
<Достаточно. Завтра я смогу перевоплотиться. Тогда и посмотрю, как чувствует себя человеческая форма и какие у неё могут быть ограничения>.
— А я сейчас пойду в «Три Пи» и сделаю копии дневника, — сказала Тесс.
Поскольку на этой встрече ему больше ничего не нужно было делать, Саймон заковылял к двери, а затем подождал, пока кто-нибудь её откроет. Ему хотелось немного пройтись и побольше отдохнуть. Ему хотелось свернуться калачиком рядом с Мег, чтобы его гладили, пока она смотрит кино.
Он хотел быть здоровым и достаточно сильным, чтобы защитить себя на случай, если второй посетитель, прибывающий в Лейксайд, окажется врагом.
* * *
Дженни Кроугард вернулась в свою квартиру в Зелёном Комплексе рано вечером. Кроугард провели весь день вместе, оплакивая потерю Кристалл, подобно тому, как люди собрались оплакать потерю Лоуренса МакДональда.
«Откроют ли Вороны завтра «Блестяшки и Барахло»?» — задавалась вопросом Мег. «Или они бросят свою лавку на Рыночной Площади?»
Чувствуя себя неловко, она постучала в дверь Дженни… и постаралась не глазеть, когда Ворона ответила.
Чёрные волосы Дженни, обычно блестящие и ухоженные, тускло свисали вокруг лица, искажённого горем.
— У меня есть кое-что для тебя и Старр.
Мег протянула ей маленькую декоративную коробочку, ту самую, что Джулия Хоукгард подобрала для неё.
Дженни взяла коробку и целую минуту смотрела на нее, прежде чем подняла крышку. Она высыпала несколько монет в руку.
— Блестят, — прошептала она. — Монеты не всегда такие блестящие. Кристал любила блестящие монеты. Она держала их в миске на прилавке.
— Я знаю. Вот почему я их отполировала. Я подумала, что вы могли бы добавить их в чашу в её честь, — Мег замолчала. — Я не знаю, как помочь, но я хочу помочь.
— Ты помогла. Ты предупредила Саймона, но мы не послушались, когда он сказал, что нам нужно уходить. Там было так много блестящего, так много сокровищ, на которые можно было смотреть и трогать, что мы не хотели слушать. Он вынужден был ждать, ему пришлось спорить с нами, и это дало людям время атаковать.
— Эти люди планировали напасть на терра индигене. Это не ваша вина, Дженни.
Ворона высыпала десятицентовики обратно в коробку.
— Это ничего не меняет. Кристал мертва. МакДональд мёртв. И мы снова узнали, что людям нельзя доверять.
Гнев в глазах Дженни заставил Мег похолодеть.
— Дженни…
— Нашей Мег можно доверять. Наша Мег не предаст нас.
— Нет, не предам. Как и не предадут ни Мэри Ли, ни Рут, ни другие люди, которые здесь работают.
Дженни пожала плечами. Мег подумала, что это очень плохой признак того, как сильно разозлились терра индигене из-за этого последнего столкновения между ними и людьми.
— Мэри Ли и Рут не предадут ни Ворон, ни кого-либо из терра индигене, — настаивала Мег. — И Дебани, и Ковальски тоже. Они не предадут.