Зеджак помедлил, прежде чем ответил:
— Похоже, что так оно и есть. И маловероятно, что это был случайный порыв ветра, который сорвал крышу со здания или навалил тяжёлые обломки на другие двери, таким образом, не давая никому выйти.
— Тогда Иные должны быть привлечены к ответственности, должны быть обязаны заплатить за ущерб зданию, а также заплатить за все автомобили, которые были сожжены, — сказал Роджерс.
— Заплатить за ущерб? — повторил Монти. — Полагаю, что обещание, которое вы дали, когда заменили предыдущего мэра, который умер из-за его участия в движении HТЛ и его роли в гибели нескольких терра индигене, было не чем иным, как политической гиперболой.
— А теперь послушайте… — крикнул Роджерс.
— Вы обещали работать с Двором, чтобы избежать будущих конфликтов, а теперь пытаетесь затеять схватку?
— Довольно, лейтенант, — сказал Бёрк. Его голос прозвучал мягко, но в глазах вспыхнуло предостережение.
— У вас есть что сказать по этому поводу, Бёрк? — спросил комиссар Уоллес.
Бёрк уставился на Уоллеса. Затем он посмотрел на мэра.
— Три слова. Джерзи. Талулах Фолс.
Роджерс и Уоллес напряглись.
— Возможно, вы захотите проверить, сколько лет осталось аренды земли для этого города, прежде чем предложите лидерам терра индигене, чтобы они держали своих жителей внутри ограды Двора, — сказал Бёрк. — Возможно, вы захотите проверить, сколько лет осталось на авто- и железную дорогу. Если Иные не продлят аренду земли, они могут выселить всех из этого города, так же, как они сделали это в Джерзи. Или они могут гарантировать, что мы не сможем покинуть город.
— Вы хотите сказать, что они перекроют все дороги из города? — спросил Роджерс.
— Они окружили нас снежной бурей и ледниками, перекрывшими все дороги, ведущие из города. Думаю, что они могут быть одинаково эффективны даже в тёплое время года, — сказал Бёрк.
— Возможно, но мы должны учитывать реакцию людей, если создадим впечатление, что человеческие потери незначительны, — сказал Уоллес. — То, как Иные отомстили…
— Терра индигене защищались от нападения, — сказал Монти. — Они защищали себя и своих товарищей-людей, один из которых был раненый полицейский, раненый из-за агрессивных действий людей, которые были, по большей части, не торговцами, а людьми, пришедшими в тот день с явной целью начать стычку и убить или серьёзно ранить Иных. Действия терра индигене были их типичной реакцией на нападение.
Прежде чем Роджерс или Уоллес смогли ответить, Бёрк добавил:
— Иные ещё не отомстили за нападение или за попытку HТЛ убить Саймона Вулфгарда, — после минутного напряжённого молчания всех остальных в комнате, он продолжил: — Давайте перестанем притворяться, что это была спонтанная акция каких-то горячих голов, которые не хотели, чтобы несколько Ворон купили какие-то безделушки. HТЛ хотели расшевелить ситуацию, хотели, чтобы люди встревожились и разозлились на Иных, чтобы никто не смотрел слишком пристально на то, что делает само НТЛ.
— Вы ясно дали понять свою неприязнь к движению НТЛ, — огрызнулся Роджерс.
— Я очень на это надеюсь, потому что кровь следующего человека, который погибнет в конфликте с Иными, будет на ваших руках, — огрызнулся Бёрк.
— Довольно! — сказал Уоллес, делая шаг вперёд. — Вы перешли все границы, капитан!
Бёрк сделал шаг назад.
— Скажите это после того, как мы узнаем, во сколько обойдётся НТЛ городу.
Коротко кивнув капитану Зеджаку, он вышел из кабинета мэра.
Монти бросился за ним, но не стал пытаться заговорить, пока они не оказались в машине.
— Вы только что нажили себе врагов в лице мэра и комиссара полиции.
— Единственное, что они могут убить, это мою карьеру. В любой день я предпочту эту альтернативу, — Бёрк потёр лицо руками и выдохнул. — Оставьте это, лейтенант. Пока оставьте.
Не видя другого выхода, Монти не стал больше поднимать эту тему. Но Лиззи и дети Денби играли в Дворе, потому что кто-то всё ещё хотел что-то, что приехало в Лейксайд вместе с Лиззи. Пока эта внешняя угроза, эта человеческая угроза, не будет устранена, он должен верить, что Саймон Вулфгард и остальные Иные Двора будут придерживаться своего правила не причинять вреда молодым, даже если молодые принадлежат к виду, который они считают врагом.