— Какое имя? — настороженно спросил Скаффолдон.
— Николас Скретч.
Тишина.
— Вы знаете, кто такой Николас Скретч?
Бёрк услышал в голосе Скаффолдона не только враждебность, но и страх.
— Нет. В том-то и дело. На вашем месте я бы выяснил, какое у него алиби на время убийства.
— Вы ставите под сомнение…
Дожидаясь, пока Скаффолдон придёт в себя, Бёрк посмотрел на дверь и жестом пригласил Ковальски и Пита Денби в свой кабинет, приложив палец к губам, показывая, что хочет, чтобы была тишина.
— У вас нет никаких доказательств, абсолютно никаких, что Николас Скретч был связан с Элейн Борден, не говоря уже о том, чтобы жил с ней, — прорычал Скаффолдон. — Вы пытаетесь запятнать репутацию человека, связывая его имя с расследованием убийства.
— Разве вы не делаете то же самое, пытаясь втянуть в это дело лейтенанта Монтгомери? Мой человек находится в семи часах езды на поезде от места преступления. Ваш человек находится в том же городе. Я знаю, с кем буду разговаривать.
Тишина.
— Миссис Борден взяла на себя опеку над ребёнком, — сказал Скаффолдон. — Мы организуем полицейский эскорт, чтобы доставить девочку в Толанд. Если она была с матерью на вокзале, ей придётся сделать заявление.
«Если первый гамбит не сработает, попробуй другой», — подумал Бёрк.
— И снова вы получили неточную информацию. Лейтенант Монтгомери опекает свою дочь. Она останется здесь. Позже мы примем официальное заявление Лиззи, и я пришлю вам копию стенограммы. Хорошо…
— Подождите! А как же медведь?
Бёрк одарил троих мужчин, слушавших каждое его слово, свирепой дружелюбной улыбкой.
— Медведь?
— Миссис Борден упомянула плюшевого медведя. Любимая игрушка девочки. Она брала его везде. Игрушка с ней?
— Большая часть её, — любезно ответил Бёрк. — Маленькие девочки могут быть беспечными, а у Волков острые зубы.
Скаффолдон втянул в себя воздух.
— Он был уничтожен?
— Он потерял переднюю и заднюю лапы, но в остальном цел.
Вновь колебание.
— А где он сейчас?
— Я спрятал его от греха подальше здесь, в участке, и собирался починить в качестве сюрприза для Лиззи. Но я могу упаковать кусочки и отправить их вам, если вы считаете, что это поможет вашему расследованию.
— Нет, — резко ответил Скаффолдон. Затем его голос перешёл на что-то, что можно было принять за вежливость. — В этом нет необходимости.
— Если передумаете, просто дайте мне знать.
— Только у Монтгомери есть мотив убить Элейн Борден. Если вы попытаетесь защитить офицера, у которого уже есть серьёзное пятно в послужном списке, вы наступите на кое-какие важные пальцы, Бёрк. Такое не будет забыто.
— Вы когда-нибудь бывали на службе в диких землях, Скаффолдон?
— Это наказание, — отрезал Скаффолдон. — Ни один здравомыслящий полицейский не пойдёт на это добровольно. Так что нет, я никогда не совершал такого рода турне.
— А я вот был. Дважды. Многому научился на собственном опыте. Вот почему меня не пугают правительственные чиновники или бизнесмены с глубокими карманами… или мотивационные ораторы, утверждающие, что они происходят из богатой семьи, которая удобно живёт на другом континенте. Я видел кое-что из того, что там, в живёт во мраке. И на вот эти пальцы я не хочу наступать.
— Я думаю, Монтгомери там хорошо вписывается.
— Да, так и есть — Бёрк повесил трубку.
Он потёр руками лицо, а затем откинулся на спинку стула.
— Думаю, мне лучше оформить документы на опеку, прежде чем кто-нибудь попросит показать копию, — сказал Пит.
— Я знаю судью, который задолжал мне услугу.
К его чести, Пит не сказал: «Конечно, знаешь». По крайней мере, вслух.
— Проблемы? — спросил Луис.
— О, да, — ответил Бёрк. — Больше, чем несколько… включая капитана Отдела по расследованию преступлений, который, скорее всего, принадлежит к движению «Намида только для людей». Он явно не хочет, чтобы Скретч каким-либо образом был связан с Элейн Борден.
— Неудивительно, что он принадлежит к НТЛ, — сказал Пит. — Ты должен понять, что некоторым копам понравится эта мелодия.
— Недальновидные, — Бёрк посмотрел на Ковальски. — Что-нибудь можете рассказать о лейтенанте?
— Вчера вечером я зашёл к нему домой, собрал сумку и принёс её в Двор. Также принёс ему мой спальный мешок. В этих квартирах только одна односпальная кровать. Решил, что растянуться на полу будет удобнее, чем спать в кресле.
Он внимательно посмотрел на молодого человека.
— Что ещё?
Ковальски колебался.
— Вы слышали, что Иные хотят купить пару многоквартирных домов напротив Двора?