— Единственный способ защитить её это сделать разрез. Но у меня будут проблемы, как только она начнёт истекать кровью.
Огонь уставилась на него. Потом она кивнула.
— Я буду защищать Мег. Даже от тебя, Волк.
Кивнув, Натан потащил Мег в хлев. Схватив одеяло, он бросил его на солому в первом стойле и толкнул её вниз.
Плач. Мольбы. Так было всегда? Вряд ли.
Он выхватил бритву из её руки и открыл её. С теперь уже свободными руками, она вцепилась пальцами в кожу чуть выше пояса джинсов, пытаясь надорвать кожу ногтями.
Натан прижал одну руку Мег к своему колену. Огонь схватила её за другую руку.
Какой длины? Насколько глубоко? Нет времени ждать ответов.
Острая сталь поцеловала кожу, которую Мег царапала. Она вздрогнула, и её лицо наполнилось такой ужасной болью, что Натан был уверен, что убил её. Затем её лицо изменилось, и он уловил сильный запах похоти, когда Мег начала говорить.
Восхитительный запах свежей крови наполнил воздух. Сладкая кровь. Горячая. Богатая. Более сильная, чем любой другой запах вокруг него.
Рот Натана наполнился слюной, и он жаждал ощутить вкус этой крови. Только один маленький привкус.
Он потряс головой, пытаясь прийти в себя. Пришлось прислушаться. Теперь это была его работа, слушать.
— Счастливая маска, — сказала Мег. — Сердитое лицо. Ледяной сундук. Сердце. Гниющее мясо.
Она дважды повторила одно и то же. Потом она вздохнула… и расслабилась.
Натан наклонился ближе. Он должен слизать кровь, промыть рану.
— Волк, — горячее предупреждение.
Он удивлённо поднял глаза. Его так привлёк запах крови Мег, что он забыл об Огне.
— Выйди на улицу, — сказал голос.
Зарычав, он вскочил на ноги и повернулся лицом к незваному гостю, который протянул ему руку, усеянную перьями.
Сова, Самец. Целитель. Это не угроза.
— Выйди на улицу, — повторила Сова.
Натан выскочил из Хлева Пони.
* * *
Эйфория быстро прошла, и с её уходом Мег снова начала осознавать окружающее. Её лицо было мокрым, кто-то слишком сильно прижимался к её боку, джинсы и футболка промокли, а Натан выл. Это был звук, полный такой боли, что ей хотелось заплакать в ответ.
Проведя рукой по лицу, она открыла глаза и посмотрела на серый нос пони. Лёгкий туман продолжал падать на её лицо.
— Я уже проснулась, Туман, — сказала она, смаргивая слёзы с глаз.
— Что только доказывает, что у тебя меньше здравого смысла, чем у цыплёнка в яйце.
Она повернула голову и посмотрела на мужчину, которого не узнала.
— Я Уилби, целитель Оулгарда, — сказал он. — Джейн Вулфгард уже в пути, но я не знаю, знает ли она, как это исправить.
— Исправить?..
Мег подняла голову и посмотрела на руку, прижимавшую к её боку тряпку. Когда она коснулась морды Тумана, он прикусил губами её короткие волосы, прежде чем отступил назад.
Уилби толкнул её, понуждая снова лечь, не слишком нежно.
— Ты и маленький человечек причинили сегодня достаточно неприятностей, не причини себе ещё больше вреда.
— Я… — Лиззи. Где Лиззи? — Мы причинили неприятности?
— Вы причинили боль Волкам и расстроили Элементалов и Сангвинатти.
Волосы Уилби превратились в перья, знак того, что он тоже был расстроен до такой степени, что не мог удержать человеческий облик.
Она изо всех сил пыталась придумать безопасный вопрос.
— Почему я такая мокрая?
— Огонь разгорелась, и сено начало тлеть. Пришла Вода и всё пропитала.
Джейн Вулфгард ворвалась в сарай.
— Саймон говорит, что человеческий целитель находится в офисе на Рыночной Площади. Блэр стоит снаружи с КНК. С его слов, он может оставаться человеком достаточно долго, чтобы доставить Мег в офис.
— Где моя бритва? — спросила Мег, когда они обернули её талию сложенной тряпкой, чтобы прикрыть порез.
— Саймон и Генри сказали, что всю эту солому и одеяло нужно сжечь, — сказала Джейн, когда они с Уилби подняли Мег и отнесли её в КНК. — Всё, на чём есть свежая кровь, должно быть сожжено.
Они не разговаривали с ней напрямую, пока усаживали её на пассажирское сиденье. И Блэр просто зарычал на неё, давая понять, что он тоже не будет с ней разговаривать.
«Вот и хорошо», — подумала она, прижимая руку к порезу. Она была уверена, что Саймону будет что сказать, когда она его увидит.
Сможет ли он рассказать ей, что произошло?
* * *
Генри протянул руку.
— Отдай это мне.
«Отвратительная вещь», — подумал Саймон, снова и снова вертя серебряную бритву в мохнатых когтистых руках.