После стычки на набережной настроение заметно приподнялось. Алла выплеснула весь негатив на эту разнесчастную проститутку и домой приехала спокойная, с самодовольной, ядовитой улыбкой на губах. Опасная энергия!
Когда агрессия сошла, ее снова наполнила тоска. Алла состряпала ужин, но ни есть, ни сидеть, ни коротать остаток вечера в одиночку не могла. Она решила позвать Ольгу. Постучала в дверь, и ей открыли.
– Оля, привет! Я приготовила ужин, приходите с Димой, – позвала она.
Из приоткрытой двери за ее спиной доносились ароматы то ли жареного, то ли тушеного мяса. Устоять было сложно. Ольга не помнила, когда последний раз готовила мясо, а не субпродукты. Она смущенно улыбнулась и пожала плечами. Подумала, что нужно взять чего-то к чаю, и пыталась вспомнить, остались ли дома сушки, печенье, а если нет, идти с пустыми руками неприлично…
Она сомневалась бы и дальше, но бойкий пацан схватил ее за руку и потянул к двери:
– Пошли, мам! Ну пошли!
Мясные ароматы разжигали аппетит, и Ольга поддалась на уговоры сына, но все-таки сказала:
– Боюсь, у меня ничего нет к чаю.
– И не нужно, – махнула Алла рукой, – у меня все есть. Пошли!
Они прошли на кухню. То, что увидела Ольга, ее поразило: стол напоминал праздничный. Мясные тефтельки, картофельное пюре на молоке, салаты, купленные в кулинарии, дорогая полукопченая колбаса, сыр, графин с апельсиновым соком. Что за праздник?
– У тебя сегодня день рождения? – удивилась Ольга.
– Нет, обычный ужин, – не сразу поняла Алла удивления соседки, чей кошелек насквозь проела нищета, – с чего ты так решила?
– Шикарно слишком… Всего так много.
– Да брось, нормальный полноценный ужин. И мясное, и овощное, как и должно быть. Еда – это последнее, на чем стоит экономить. Я люблю вкусно покушать и умею готовить. Единственное, салаты чаще беру в кулинарии, чем крошу сама. Они быстро портятся, и когда живешь одна, целую бадью не съешь, а ради трех ложек и возиться не стоит, проще купить готовое, на развес. А вот сок выжимать я не ленюсь. Здесь, – показала она на графин, – стопроцентный витамин.
Ольга хотела что-то сказать, но не смогла: рот был набит. Димка наворачивал за обе щеки, как «с голодного края», но мать не стала делать замечаний.
Одна Алла ела медленно и мало, без аппетита. На то была причина. Ольга оторвалась от тарелки и спросила как можно деликатнее:
– Почему не ешь? Все так вкусно приготовила, нас накормила, а сама ни к чему и не притронулась. Что-то случилось?
Алла перевела взгляд на Ольгу. На ее спокойном лице проступило сомнение: желание выговориться с минуту боролось в ней с опасением открыться малознакомой женщине.
– Дим, поел? Иди домой, поиграй, – сказала мать мальчишке. Тот встал из-за стола и поплелся к двери.
«Неизвестно, какая она. Это сейчас мне смотрит в глазки и расспрашивает за жизнь, а не пройдет и дня, как будет сплетничать с другими бабами и смеяться над проблемами, какие ей, с ее нищетой, покажутся нелепыми, надуманными…
Но нет же, – возразила вдруг сама себе, – я почему-то верю, Ольга не такая. Она настолько простодушна, что совсем не держит зла, и первой готова прийти на помощь. И по общению, душевный, чуткий человек. Ей можно доверять».
После недолгих колебаний Алла все же поделилась:
– Даже не знаю, как тебе сказать. Из-за работы стали редко видеться с подругами. Раньше гуляли, виделись, а сейчас уже не то общение. Наверное, у многих так, не только у меня?
– Не только у тебя, – ответила ей Ольга, – я вот с Людой со второго этажа общаюсь, а больше и ни с кем. И мне хватает. На работе так уматываешься, что притаскиваешь себя домой, и уже не до общения. Еще и сын растет, нужно уделять внимание ему.
– У тебя да, семья, и времени свободного не остается, – согласилась Алла, – а что касается работы, у всех одно и то же, с кем не поговоришь. Всем приходится пахать – а как еще прожить? Все стоит дорого, жилье по четыре с половиной миллиона, а зарплаты такие, что не разгуляешься. Говорят, Россия – страна возможностей, но все они в руках одной прослойки, все это понимают, и выше головы не прыгнешь.
– Ну да… – пожала плечами Ольга. Она не нашла что добавить, но и с чем поспорить тоже не нашла.
– А без денег чувствуешь себя никем. И со стороны других отношение как к неудачнику, более того, без денег и за человека не считают. Так что выходит, что по нашей жизни все средства хороши, лишь бы вырваться из нищеты, – разоткровенничалась Алла, – и чужого мужика увести не проблема. Имел бы деньги, положение, статус.
– Зачем ты так? – наконец, сказала Ольга. – Должно быть хоть что-то святое. Нельзя посягать на семью.