— Хорошо, — я старалась ограничиться односложными ответами.
— Если не считать простуды, — засмеялась она. — Развезло тебя, однако. Бедняга. У тебя голос из-за этого такой странный, ужас. В общем, слушай, я тут тебя сегодня вспоминала, потому что мы с Дениз говорили о тебе за обедом, а Дениз и говорит: «Позвони ей. Расскажи, что она пропустила». У нас тут разразился нешуточный скандал. Ты даже не представляешь! Видно, в администрации произошла утечка, кто-то дал сведения в прессу об условиях приобретения контрольного пакета акций Мосонов. Вернее, продал, сказал сегодня мистер Тейлор. Кто-то на этом здорово нагрел руки, сказал он. Он злой, как черт. Тут повсюду полиция и все такое. Ты все веселье пропустила.
— Боже правый, — пробормотала я.
— Ой, такое представление! Ну ладно, слушай, как там твой отпуск? Если это все ещё отпуск.
— Хорошо.
— И что это за замок, где ты живешь? Звучит отпадно. Это что, отель, или туристический лагерь, или что?
— Лагерь.
— Ты, небось, загорела, как негритос. Когда возвращаться-то думаешь? Когда деньги кончатся, что ли?
— Да.
— Везуха тебе. Вообще-то, Крис, если честно, я тебе потому и звоню. нас с Дениз турнули от Мидлмаса и Дана. Ну, а заодно и из Питерборо. Так вот, мы подумали, почему бы не сделать так же, как Крис, не поработать в должности временной секретарши. Может, ты дашь нам знать, когда вернешься, пообедаем где-нибудь. Поболтаем на эту тему. Мы думали, не попытать ли счастья в Лондоне. Только Дениз беспокоится о своей пенсии, о всяких там печатях и тому подобном. Ах, да… — она явно не собиралась заканчивать разговор. Я переменила позу. — Знаешь что еще. У меня ведь до сих пор эта потрясная вещица, которую ты мне одолжила для свадьбы сестры. Ничего, если она немного у меня побудет, или как?
— Да, — сказала я.
— А не возражаешь, если я иногда буду её надевать, а? Хотя бы вечером по субботам?
— Ладно, — сказала я.
— Я её почищу, — поспешно заверила она. Потом засмеялась. — Ну и странный же у тебя голос. Как будто придуриваешься. Винишком, небось, балуешься, поэтому. Ну ладно, Крис, приятно было тебя слышать.
— И мне тебя, — вежливо сказала я.
— Поболтаем еще, как объявишься. Не забудь позвонить, ага?
Она ещё несколько раз сказала «пока» и «смотри там». Я вернулась к столу и тяжело плюхнулась на стул.
— Подруга? — спросил дядя Ксавьер.
— Да, — сказала я. И нагло добавила: — Моя секретарша.
Я боялась, что они заметили, каким односложным и неприветливым с моей стороны был разговор, но они вели негромкую беседу о чем-то своем, по-французски. Что-то о поездке в больницу. Я была им очень благодарна за то, что они дали мне время передохнуть и поразмыслить.
Сколько же личин было у Крис, скажите на милость? Крис — независимый, живущий вольной жизнью брокер товарной фирмы? Крис — партнер Мэла, которого она надувает и исчезает с его деньгами, если верить его словам? Крис вместе со своими подругами Сью и Дениз — временная секретарша у каких-то Мидлмасса и Дана из Питерборо? Никак это у меня в голове не укладывалось. Нужно опять быстренько навести порядок в мыслях. Та Крис, характер которой я, по моим понятиям, так хорошо изучила, Крис, которой так хотела стать, постоянно менялась. А на деле-то, по крайней мере судя по последнему событию, она оказалась самой что ни на есть обыкновенной секретаршей. Как я.
Трудно было с этим смириться. Очень трудно. Я не хотела, чтобы она была похожа на меня. Хотела, чтобы она была сильной, волевой, все знала. Такой, какой я её себе представляла с самого начала.
За столом шел возбужденный разговор по-французски.
— Нет, пойдешь, — твердо говорила Tante Матильда. — Пойдешь, я тебя отвезу. Хочу сама побеседовать с врачом. Я тебе не доверяю.
На миг мне показалось, что это они обо мне: из-за слов «больница», «врач». Может, они имеют в виду доктора Вердокса. Но, похоже, речь шла о другой больнице. И о дяде Ксавьере.
— Это пустая трата времени, — сказал он.
— Зачем вам в больницу? — вдруг заволновалась я, отвлекшись, наконец, от собственных проблем.
Он пожал плечами.
— Да ни зачем. Обычная проверка.
Tante Матильда что-то сказала по-французски, я не поняла, что именно, что-то сердитое.
— Не делай из мухи слона, — сказал дядя Ксавьер. — Хватит уже опекать меня! Надоела ваша бесконечная бабская суета. Поглядите на меня! Я что, похож на больного?
Он отказался продолжать разговор об этом и сменил тему.