Я повела его в главный зал для банкетов. Он слонялся, разглядывая китайский фарфор и лакированные шкатулки.
— Очень мило, — бормотал он. — Очень и очень мило.
Я не попалась на эту удочку.
— Мне вчера позвонили, — сказала я. — Некая Сью, которая сказала, что работала с Крис.
— Сью? — протянул Мэл. — А там что такое? — Он зашел в библиотеку. Ух ты! — присвистнул он, разглядывая расписанный потолок. — Здорово.
— Крис ведь была секретаршей, верно? — гнула я свою линию. — Она вовсе не на тебя работала.
— А вот и нет, — сказал он. — На меня. Скажем так: она использовала свой талант — свой секретарский талант — в наших общих интересах. — Он снял с полки книгу. — Боже правый, — воскликнул он. — А ты недурное местечко выбрала, чтобы приземлиться. Я и понятия не имел, что Крис имела отношение ко всей этой роскоши. Она никогда не рассказывала об этом.
— Может, не хотела, чтобы ты знал, — холодно сказала я.
Он рассмеялся.
— Да тут на полках — целое состояние, — сказал он. — Я тебе вот что скажу. Я могу связаться с экспертом по антиквариату, выясню, что стоит пустить в оборот, а ты время от времени будешь приносить мне по парочке книг. Никто не заметит.
Я промолчала. Он положил книгу на место.
— Ну что ж, ладно, давай перейдем к делу, — сказал он. — Так кто ты есть на самом деле?
— А ты кто на самом деле?
Он засмеялся.
— Марина Джеймс, значит? — Он прислонился к полке и уставился прямо на меня. Взгляд был неприятным. Я отвернулась. — Забавно, — сказал он. — Я уверен, что где-то тебя видел. Чем-то мне знакомо твое лицо.
Я похолодела.
Он улыбнулся — доброй такой улыбкой.
— Ну ладно, — сказал он, — не будем об этом, правда? Это все детали. Пока, по крайней мере. Так что ты мне ещё хотела показать?
Я повела его в следующую комнату — приемную с обшарпанными застекленными витринами, где хранилась коллекция огнестрельного и антикварного оружия.
— М-м, весьма интересно, — сказал он. — Такое мы любим. Вот за эти штучки, например, — он указал на два пистолета с серебренными пластинами на рукоятках, — можно срубить пару косых. Не меньше. — Он присел на корточки, разглядывая револьвер девятнадцатого века. — Ну так скажи мне, Марина, сказал он, — полиция уже объявлялась? Насчет денег-то?
— Нет, — ответила я.
— Жалость какая, — он поднялся. — Заметь, говоря «нет», ты ведь вполне могла мне солгать, верно? Мне надо постоянно держать в уме, что ты очень искусная лгунья. Ну, разумеется, тут хочешь — не хочешь, а приходится проявлять максимум умения, как же иначе справиться с таким делом, верно? Я тобой просто восхищаюсь. Нет, честно. Восхищаюсь. Проблема в том, что от такого квалифицированного и талантливого враля не знаешь, чего ждать. Ты ведь можешь сказать мне что угодно, откуда мне знать, что из этого правда? Одно я знаю наверняка — что полиция могла ещё вчера вернуть тебе деньги.
— Не было их вчера.
— Ну, значит, позавчера. «Вот, пожалуйста, мисс Масбу». Могу поспорить, именно так они и сказали. Не очень-то они умные, полицейские-то. Не видят, что у них под носом творится. «Вот, мисс Масбу, пожалуйста. Вот вам ваши денежки. Вам бы лучше их сразу в банк положить, да-да».
Он пошел из приемной в комнату без мебели с огромным камином, где Франсуаза всегда останавливала группы полюбоваться сводчатыми потолками. Я поспешила следом.
— Н-дааа, — протянул он, заглядывая в дымоход камина. — Я бы так и поступил. Положил бы их прямиком в банк. На только что открытый счет. Думаю, как раз для этой цели ты его и открыла, так ведь?
Смутная, едва уловимая угроза витала в воздухе, как дымок от сигареты.
— Откуда ты знаешь, что я открыла счет? — спросила я, поднимаясь за ним по каменной лестнице.
— Знаешь, очень интересное местечко, — сказал он. — Нужно как-нибудь заехать сюда на экскурсию. Ты должна была рассказать мне все целиком, как положено, а то я чувствую себя обделенным.
— Откуда ты знаешь? — повторила я.
— Откуда я что знаю?
Он начинал действовать мне на нервы.
— Слушай, — сказала я. — Повторяю: полиции здесь не было. Они не возвращали мне деньги. И не вернут, потому что я сказала им, что это не мой чемодан. Они считают, что деньги принадлежали женщине по имени Кэтрин Хьюис. Это имя из второго паспорта Крис.
— Ага, но это ты так говоришь, — сказал он, останавливаясь на узкой застекленной площадке витой лестницы. — А я почему-то в это не верю. Не верю, что ты им сказала, будто деньги не твои. Зачем было это делать такой квалифицированной мошеннице, как ты? Ты только погляди, — он смотрел вниз, во двор замка. Отсюда была видна защитная стена с хохолками башенок, будка привратника, кусок крыла эпохи Ренессанса, лес, утесы, фермерские угодья, спускающиеся в долину. — Ты только взгляни на все это, — сказал он. — Это же гениально, черт возьми. Гениальное, если не лучшее в мире, мошенничество. — Он захохотал, будто радуясь за меня. — Да по сравнению с этим все мои авантюры — любительские забавы, мать их растак. — Он отошел от перил. — Ладно, — сказал он. — Хватит с меня на сегодня, насмотрелся. Передай привет этой несчастной, скучающей, изголодавшейся по сексу женщине, которая считает тебя своей кузиной.