Меня кто-то обхватывает сзади. Потом Лэйс дергается от того, что обхватывают ее, и спустя несколько мгновений мы уже стоим все вчетвером. Тай, не скрываясь, ревет, Митри шмыгает носом, и посреди всего этого наша старшая выдает:
— Как будто и не уходила никуда. Опять сопли вам всем подтирать.
Митри ударяет ее в плечо.
— Эй!
— Что, не так что ли? — фыркает Лэйс, но глаза у нее тоже блестят.
Расцепившись, мы достаем остатки хлеба и того, что можно между его кусками засунуть — сухие (потому что размачивать их лень) искусственные водоросли, кусочек сыра, который приходится резать очень тонко, чтобы хватило на всех. Потом мы все вместе сидим на мате, на котором мы когда-то занимались с Вартасом вар-до, уплетаем хлеб и все, что нашли, и разговариваем.
— Надеюсь, он притащит поесть что-нибудь еще, — говорит Лэйс, — потому что иначе утром я откушу ему руку.
Митри фыркает, а я смотрю на старшую. Рубашка на ней точно от Вартаса, в смысле, это явно рубашка Вартаса, потому что она мужская. Заметив мой взгляд, Лэйс вскидывает бровь, и я возвращаюсь к еде. Заодно и к дымящимся, заваренным прямо в чашках травам. Смотрю и не понимаю: пока я там, ела все, что могу, они здесь…
— Что, совесть мучает? — кажется, Лэйс умеет читать мысли, потому что сует в рот последний кусочек хлеба и жадно облизывает пальцы.
Судя по всему, я меняюсь в лице, потому что Митри тут же произносит:
— Ой, да не слушай ее! — и добавляет: — Мы просто подъели тут все. Голодные с улицы пришли, когда постоянно бегаешь по морозу, аппетит ну очень хороший.
— То есть вы уже ужинали?
— Разумеется!
Я облегченно вздыхаю, а Митри добавляет:
— Вартас о нас заботится. Он ни за что не позволит нам голодать.
— Скажу ему спасибо, когда придет.
— Хотя часть продуктов приезжала от К’ярда, — как бы между прочим произносит Лэйс. — Пара коробок точно.
— А мы все равно все съели! — гордо выдает Тай. — Там были пирожные! Такие вкусные!
Вспоминаю про Лайтнера, и на сердце становится тепло. Мне вообще невыносимо тепло здесь, в окружении девочек, но теперь совесть начинает мучить уже по другому поводу. Из-за того, как мы с ним расстались. Я окончательно теряюсь в своих чувствах, которых с каждой минутой становится все больше, больше и больше. Особенно когда думаю о том, что пока я избегала своих сестер, он о них ни на минуту не забывал.
А я…
— Так, мелкие, дуйте спать. Нам завтра утром опять в больницу и на улицы, отдохнуть надо, — командует Лэйс.
— Но Вирна… — начинает было Тай.
— Вирна теперь от нас никуда не денется, — очень страшным голосом произносит Лэйс и зловеще хохочет.
— А вы научите меня становиться водой?
Лэйс поперхивается крепкой заваркой, приходится постучать ее по спине, чтобы прокашлялась.
— Научись сначала читать и писать как следует, активистка, — заявляет она. — Кыш!
Девочки уходят в спальню, спальня в квартире Вартаса представляет собой закуток, где на полу лежит матрас, две подушки и одеяло. Я вижу это, когда убегаю на кухню погреть воду, чтобы снова залить травы. Когда возня в другой комнате затихает, Лэйс смотрит на меня:
— Что не так с К’ярдом?
— С ним все так. Со мной…
— Ты что-нибудь к нему чувствуешь?
Я осторожно, чтобы не обжечься, делаю глоток новой заварки.
— Я к нему чувствую слишком много.
— И?
— Я не знаю.
— Вот уж не верю. Ты либо знаешь, — она испытующе смотрит на меня, — либо нет. Какой у тебя вариант?
— У меня вариант, когда я боюсь сделать ему больно, оттолкнуть в последний момент. Сегодня он меня поцеловал и меня накрыло так… — Я делаю паузу, еще больше понижаю голос: — Что я просто застыла. Потому что эти чувства… я их не понимаю, и они такие, что я не могу их контролировать.
Мне кажется, стоит мне позволить себе этот поцелуй по-настоящему, и я в нем просто растворюсь, меня накроет волной и утащит на дно, или я просто взорвусь и рассыплюсь миллионами брызг.
— Чувства вообще контролировать невозможно, — сообщает Лэйс. — Так стоит ли пытаться?
— Я решила дать ему и себе время, — говорю я. — Чтобы мы могли понять, что…
— Ну-ну.
— Что?
— Ничего. Просто ну-ну, — она ухмыляется. — Когда вы наброситесь друг на друга, надеюсь, я буду подальше. Потому что рядом с этим местом вырастет парочка вулканов и их накроет волной покруче Нресской.
— Прекрати, — я чувствую, что краснею.