Выбрать главу

— Команда?! О ком ты?

— Для начала о Харе и Кьяне. Они знают про Эн и про ситуацию с моим отцом, и они те, кому я доверю собственную жизнь. К тому же, у Кьяны есть доступ в городской архив, это может нам помочь.

Мэйс слушает молча, но потом уточняет:

— Ты сказал: «Для начала». Ты имел в виду кого-то еще?

— Чем больше у нас будет союзников, тем лучше, ведь так?

— Не так!

— Но по-другому мы не справимся!

— Только не говори, что ты собираешься рассказать мой секрет Лире!

Вообще-то именно про нее я и подумал.

— Она мой друг и умеет плавать.

Глаза Мэйс снова загораются синим огнем. Хотя это у вьерхов огонь, а у лиархов тогда что — вода?

— Нет, — отрезает она. — Только не Лира. Она вьерха. И ты с ней целовался.

— С Кьяной я тоже целовался, но против нее ты ничего не имеешь.

— Это другое.

— Почему?

У Вирны такое лицо, будто она собирается мне врезать. С ноги.

— Неважно. Если мы действительно команда, ты и я, Лиру ты не позовешь. Лайтнер К’ярд, поклянись, что ты не расскажешь ей обо мне!

В ярких глазах за яростью мелькает страх, и я понимаю, что Мэйс боится. Очень сильно боится.

Потому что она лиарха.

Потому что она вне закона.

А я так долго добивался ее доверия, что не собираюсь все разрушать одной фразой.

— Я обещаю никому не рассказывать о твоей тайне, — говорю я, притягивая Вирну к себе. — Так же, как ты сохранила мою тайну об Эн. А Кьяне и Хару можешь все рассказать сама.

Мэйс расслабляется в моих объятиях, а я жалею, что благодаря новомодной системе «антидождь» наша одежда почти высохла, и нужно возвращаться в Ландорхорн, где все даже сложнее, чем здесь, на побережье.

Возвращаясь, мы больше не говорим про нас, только обсуждаем, когда в следующий раз сможем навестить Эн.

— Чем раньше, тем лучше, — предлагаю я. — Раг’аэны тоже часть легенд Раверхарна, возможно, бабочки знали таких, как ты, и он поможет раскрыть твою силу.

— Как?

— Если бы я знал. Но для этого нам и нужна помощь. По крайней мере, Кьяны.

Вирна со мной не спорит, и сейчас я, как никогда, чувствую, что у нас может все получиться. То, что между нами. Нужно только найти способ прикасаться друг к другу.

Гудок машины политари выбрасывает меня из мыслей в реальность с изяществом взрыва. Потому что едх разбери, что я нарушил, и почему они заставляют нас сойти с трассы.

— Лайтнер, они же не знают, — шепчет Вирна. Она не спрашивает, но в ее словах все равно затерялся вопрос.

Я поглаживаю ее предплечье и достаю тапет, на который загружены все документы.

— Все нормально, — говорю я, — наверное, я слишком задумался и нарушил одно из правил.

— Какое?

Ответить я не успеваю, к нам подходит сразу два представителя дорожной службы, и приходится открыть двери со своей стороны.

— Что-то не так нистр?

— Выйти из машины! — приказывает один из политари и указывает на Вирну. — Всем выйти.

Мне это очень напоминает мой арест после угона эйрлата Ромины. Только дело в том, что сегодня я ничего не угонял и со мной Мэйс. Бледная, но не показывающая своего страха.

Это правильно.

Так и нужно.

Я ободряюще ей киваю и протягиваю главному свои документы.

— Я Лайтнер К’ярд. За что нас остановили?

Обычно отцовская фамилия действует волшебным образом, но не сегодня — политари весь подбирается, черты его лица становятся хищными.

— Что вы делали на побережье океана, ньестр К’ярд?

— Побережье? — Образ избалованного сыночка правителя Ландорхорна спасал меня не раз и не два. — О чем вы? К побережью противозаконно приближаться, я это прекрасно знаю.

— Тогда что вы делаете за Пятнадцатым кругом? Камеры засекли, что ваш эйрлат сошел с трассы больше двух часов назад.

Хидрец!