— Короче, ты это к чему, Ханья?
Унтерпёс Ханья нашла в сети картинку с экрана Бритца. Это был промопостер, где рядом с нахлобученным во все пушки Визжайло стояла Эмбер Лау. Такая худенькая, что её и правда трудно было заметить сразу.
— И что?
— А то, дурак, что они живут вместе.
— Ну, это уж ты зарываешься, — расхохотался Сетт и расплескал остывший ботулатте. — Если ты такой проницательный детектив, может, раскроешь парочку серийных убийств, пока я схожу отлить?
— А ты такой ссыкун, Сетт, что я успею стать комиссаром, — отрезала Ханья и наконец сжалилась. — Да никакой тут проницательности не нужно. Наш тихоня Нэд проболтался. Говорит, комиссар Пшолл на днях собирался к раухкомиссару в гости, спрашивал у Бритца, чего Эмбер будет пить и всё такое. Вот и весь детектив. Поверьте, я и сама бы сменила напарника, вот только из всех стажёров я в отделе одна шчера. До вечера!
Дью задумался и не заметил, как сам откусил от бисквита, который нёс Бритцу. Это привело его на дно отчаяния.
— Н-да, подставила нас Хокс. Не работать нам с тобой в паре, Сетт.
— Я придумал. Сегодня вечером, если придётся вылезать из орникоптера, обменяемся напарниками прямо во время облавы. Нэда и Ханью предупредим уже там. Всё равно всем всё равно! Только смотри, не растеряйся.
Унтерпсы пожали лапы.
Продолговатая жеода розового кварца, переделанная в искусную шкатулочку, умещалась у Кайнорта на ладони. Он полюбовался тем, как розовые кристаллы сверкали в отражении полированного янтарного шарика на конце булавки, и убрал жеоду в сейф. С этим Шушвой Требухой, наёмным террористом, Бритц не успевал даже на третий раунд финала кубка империи. Он набрал шквар-майора Альду Хокс. Да, они опять работали вместе или, лучше, параллельно. Частично параллельно, как выразился Кайнорт, когда признался в этом Эмбер. Шквар-майор возглавляла полицию города, а оберрат — перквизицию, Альда была руками сыска, а Кайнорт — извилинами. Должность Альды предполагала, что она могла командовать перквизиторами Эксиполя, но только не зарываться. Что об этом думала Эмбер, Кай спросить не решился. Лучше откусил бы себе язык, чем стал бы развивать с нею разговор о Полосатой Стерве.
— Хокс, я там не нужен. Разве недостаточно того, что я нашёл, где прячется Требуха? Иди и возьми его и оставь меня в покое.
— Ты мне и там и вообще нигде на хрен не нужен, Бритц, — гавкала Альда и, судя по звуку, что-то грызла. — Но Риго Нагао опять метит в лидмейстеры, и на поимку Требухи поднял всю столицу. Ему нужно шоу, мать его. Если в новостях не будет формы всевозможных полицейских расцветок, не видать повышения ни тебе, ни мне. А так — да. Перквизиторы на облаве уместны не более, чем библиотекари при абордаже. Сиди за мусоркой и не бухти. Ты любишь мусор разбирать, ха-ха.
Кайнорт успел дать отбой первым.
— Супер.
Правда, Эмбер его и не ждала. Знала, что у него за работа. Кайнорт вычислил штаб-квартиру террориста и потерял надежду отделаться от участия в облаве этим вечером.
Стажёры преподнесли ещё сюрприз. Уже в орникоптере по пути на облаву по плечу Бритца кто-то постучал пальцем:
— Раухкомиссар Бритц, у меня хромосфен сдох, — прошептала Ханья с таким видом, будто только что намочила штаны.
— И ты мне об этом только сейчас сообщаешь, унтерпёс. Ты проверяла амуницию в отделе?
— Я…
— Она проверяла, я видел! — горячо заверил Нэд, обычно неспособный повысить голос даже на кофейный автомат. — Ханья, возьми мою броню.
— Это потому что я шчера?
— Потому что девчонка.
— Ну, ещё лучше! — проворчала Ханья, но броню взяла.
Начинался дождь. Бритц вырулил в нужный закоулок, остановился у мусорки и обернулся к стажёрам.
— Нэд, а ты какой линьки?
— Первой, раухкомиссар.
— Сколько ещё инкарнаций?
— Ну, там… да осталось чего-то.
Кайнорт изничтожил Нэда взглядом и бросил ему свой хромосфен. Уже подъезжая к фабричному недострою, где засел Требуха, Кайнорт понял, что Альда подняла на уши весь квартал. Это было очень в стиле Хокс. Ливень усилился. Держась подальше от перестрелки с телохранителями террориста, Бритц увёл орникоптер к условленной помойке и посадил так, чтобы наблюдать за чёрным входом. Ворота там были закрыты, забиты, задвинуты рельсом и заварены. Появиться с этой стороны могло разве что привидение. Кайнорт только расслабился в кресле, как вдруг Сетт вскочил с места:
— Раухкомиссар, ворота открываются! Это обманка была!
— Вон Требуха! — показал Дью. — Вон-вон-вон, полетел к чёрному входу! Оленья кровососка, это же Шушва?
— Да, это он.
Кайнорт вызвал Хокс. Она чертыхнулась и обещала быть через пять минут. Пока спецназ воевал с телохранителями у главного входа и забавлял репортёров, Шушва Требуха на пустой фабрике готовил гломериду к вылету. Из недостроя донёсся рокот разгонных турбин. Альды всё не было, а из ворот показались коготки шасси частного звездолёта. Такие пуляли с планеты в мгновение ока в обход космопортов. Фабрика стояла за городом, и ближе к закату, когда Хокс перестреляла все фонари, а террористы сбили все полицейские сателлюксы, побег Шушвы освещала только дикая вспышная люминока. Да кривой ламбаньян едва теплился плакучими гирляндами. Дождь лил стеной.