— Да, отец, через пятнадцать лет службы.
— Ну, столько я ещё подожду, — рассмеялся он. — А там, кто знает, может, ты всё-таки решишь возглавить моё детище и я смогу с лёгким сердцем уйти на покой. Впрочем, ладно, вернёмся к нашему разговору. Прежде чем ты отправишься осматривать неспокойные захолустья Федерации за государственный счёт, вот мой подарок на окончание.
В правом углу у меня перед глазами всплыла маленькая пиктограмма, информирующая о получении входящего сообщения. Открыв его, я обнаружил внутри вложение: два билета и путёвку с прилагающимся к ней красочным буклетом. Первый из билетов был на завтрашний рейс с пересадкой в Танну — столице нашего сектора, второй я не стал смотреть, так как всё моё внимание привлёк к себе оплаченный тур на один из популярных курортов планеты Яньян в системе четырёх звёзд. От увиденного я обомлел, подарок был исключительный даже для моих бурных фантазий.
— Отец, спасибо! — как мог я попытался выразить свои чувства. — Только это чересчур, вы с мамой могли бы…
И снова он прервал меня взмахом руки.
— Боюсь, твоя мать слишком хорошо осведомлена о «возмутительных нравах» и «таящихся соблазнах», — с горькой усмешкой опять процитировал он. — К тому же мне совсем не на кого оставить семейный бизнес.
Молча я поднялся, прошёл к бару, наполнил до половины два небольших пузатых стакана светло-золотистым виски и вернувшись, с почтительным поклоном подал ему один из них.
***
Сон, никогда не бывший для меня особой проблемой, упорно не шёл ко мне этой ночью. Не считая себя романтической натурой, я тем не менее бурно переживал открывающиеся передо мной перспективы предстоящего вояжа и эйфорические картины рисовались в моём воображении. В итоге утром, после бессонной проведённой в волнениях ночи, я встал разбитый и всё время до расставания с родителями невольно ощущал непонятное иррациональное чувство вины. С чем оно было связано я так и не понял. Чувствуя моё минорное настроение, отец ободряюще похлопал меня по плечу. Маменька, же вздумала плакать и устроила долгую суету из пустяковых сборов. С ней мы расстались дома. Отец отвёз меня в космопорт, без слов крепко обнял на прощание и долго неподвижно стоял, провожая взглядом. Лишь однажды он коротко кивнул, когда я обернулся к нему в последний раз у самого входа в космопорт.
Время до объявления посадки пролетело незаметно, посадка прошла буднично и неинтересно. Местные линии не могли похвастаться чем-либо заслуживающим внимания. На пассажирских перевозках были задействованы давно устаревшие модели, списанные с внутренних линий центральных секторов Федерации, но по-прежнему исправно служащие на её обширных окраинах.
Удобно расположившись в антиперегрузочном кресле, я переждал процесс старта и выхода из атмосферы родной планеты. Глядя на переживания и дискомфорт, испытываемый моими попутчиками, вновь подивился результатам, которых достиг мой организм после многочисленных тренировок на перегрузки. Настроение, претерпевавшее в это утро различные метаморфозы, окончательно стабилизировалось и не дождавшись традиционного обхода стюардессы с напитками, незаметно для себя, я заснул.
Пробуждение меня не порадовало. Привычно скользнув взглядом в сторону циферблата, интуитивно запросил график полёта. Не ошибся, отставание на два с лишним часа, что возмутительно даже для гражданского флота. Тут же в пользовательском интерфейсе корабля выбрал иконку вызова стюардессы. Её приход не заставил себя долго ждать, но принёс ещё более неприятные известия. Заученно улыбаясь, она сообщила что: «Капитан корабля и вся команда приносят мне свои извинения за доставленные неудобства». Полагаю, за сегодня мой вызов был для неё далеко не первый и девушка была готова по отработанной программе зачитывать мне успокоительные мантры сопровождая их выверенной мимикой и жестами до моего полного введения в гипнотический транс. Слышал, при отборе в бортпроводницы исключительное предпочтение отдают тем, которые симпатичнее. Явный расчёт на то, что недовольному клиенту будет неловко затевать конфликт с милой и преисполненной дружелюбного внимания представительницей прекрасного пола. Пусть и не блещущей иными заслугами, кроме смазливой внешности которой одарила её мать-природа. В другое время и при иных обстоятельствах я и сам бы удовольствовался дежурными отговорками, поданными мне в столь приятной и радующей глаз упаковке, но не в этот раз. Сейчас на меня никакая чарующая «магия» не действовала. Пришлось попросить девушку прекратить изливать на меня поток бессмысленных фраз и дать чёткую информацию о причинах вопиющей задержки, а также новом расчётном времени прибытия на Танну. Прервав наш зрительный контакт, она неуверенно скосила глаза на мой правый погон и стараясь придать своему голосу прежнюю долю убедительности, сообщила, что в связи с внезапным изменением активности звезды в системе BD–3308 экипаж был вынужден изменить плановый маршрут. После чего умоляюще посмотрела мне в глаза и назвала ожидаемое время прилёта. Если первая сказанная ею часть откровенно позабавила меня своей нелепостью, то вторая просто выбила из равновесия. Того непродолжительного промежутка времени, который оставался у меня в результате этих непредвиденных событий, на пересадку могло элементарно не хватить. Я принялся лихорадочно соображать, как следует поступать дальше. При этом, видимо, внутренние переживания отразились на моём лице и не остались не замечены стюардессой. Прервав мои размышления, она участливо спросила, может ли ещё чем-то мне помочь. Был участливый тон в её голосе напускным или искренним, я не разобрал и кратко изложив возникшие передо мной затруднения, не стал впустую сетовать на породивший их источник или срывать на ней свою злобу. Уяснив суть, девушка быстро задала мне вопросы: о наличии сданного багажа, номере следующего рейса и времени старта по расписанию. После чего, узнав всё ей необходимое, попросила немного подождать и удалилась.