Линжун замер на мгновение, но затем, вздохнув, попытался проигнорировать насмешки.
— Я был в больнице, навещал мать, — спокойно ответил он, стараясь говорить ровным тоном. Однако лёгкая дрожь в его голосе была заметна.
— О, конечно, в больнице, — протянул Шэн, делая преувеличенно серьёзное лицо. — После комендантского часа? Ты что, через окно перелез? Или, может, просто рассказал охранникам душещипательную историю, и они тебя с миром отпустили?
— Хватит, Шэн, — вмешалась Яоцин, хмуро глядя на него. Она всегда защищала Линжуна, даже если иногда считала, что он мог быть более твёрдым.
Шэн лишь пожал плечами, но на этот раз не стал продолжать. Линжун посмотрел на неё с благодарностью, но вместо того чтобы что-то сказать, опустил глаза.
— На самом деле, я хотел сказать ещё кое-что, — добавил Линжун, вновь поднимая голову. Его взгляд был серьёзным, и даже Шэн замолк, уловив перемену в его тоне. — Я не смогу продолжить участие в конкурсе на секретаря мэра.
В комнате повисла тишина. Даже Шэн, который готов был сострить в любой момент, на этот раз ничего не сказал.
— Что? — наконец спросила Яоцин, её голос звучал недоумённо. — Почему? Ты ведь столько готовился.
Линжун тяжело вздохнул, сжимая руки в кулаки.
— Моя мать... Она в критическом состоянии. Мне нужно быть рядом с ней, заботиться о ней. Я не могу позволить себе думать о чём-то другом.
На этот раз тишина была даже более напряжённой. Все присутствующие, казалось, переваривали услышанное. Шэн, который обычно не умел держать язык за зубами, молча посмотрел на Линжуна, но его лицо стало серьёзным.
Именно в этот момент Фэнлинь шагнул вперёд, разрывая молчание.
— Линжун, — сказал он тихо, но его голос звучал твёрдо. — Мы все понимаем, через что ты сейчас проходишь. Но отказываться от конкурса... Ты уверен, что это правильное решение?
Линжун поднял на него взгляд, полный противоречий.
— Я должен быть рядом с ней. У меня нет другого выбора, — твёрдо ответил он.
Фэнлинь слегка нахмурился, его глаза были задумчивыми.
— А ты подумал, что, возможно, этот конкурс — твой шанс не только для себя, но и для неё? — продолжил он. — Если ты получишь этот пост, у тебя будет больше возможностей. Ты сможешь использовать свои ресурсы, чтобы помочь ей, а не просто сидеть у её кровати, чувствуя беспомощность.
Линжун замер, обдумывая слова.
— Но если что-то случится, пока меня не будет рядом... — начал он, но Фэнлинь перебил его.
— Ты не будешь помогать ей, жертвуя своей жизнью и шансами. Она этого не захочет. А что, если её состояние улучшится? Что, если твоя работа поможет не только ей, но и другим людям?
Линжун открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашёл слов. Его уверенность начала рушиться, уступая сомнениям.
Шэн наконец вмешался, на этот раз без своей обычной насмешки.
— Фэнлинь прав. Мы все можем поддержать тебя, если тебе будет трудно. Но сдавать всё, что ты строил, только из-за страха... это не выход.
— Мы рядом, — добавила Яоцин, мягко улыбнувшись. — Ты не один.
Линжун посмотрел на всех собравшихся, его взгляд метался от одного лица к другому. Он увидел не насмешку, не осуждение, а поддержку и понимание.
— Спасибо, — тихо сказал он, его голос слегка дрожал. — Я подумаю.
Фэнлинь кивнул, его лицо оставалось серьёзным.
— И подумай быстро, — добавил он. — У тебя не так много времени.
Линжун кивнул, и на этот раз его взгляд стал более решительным.
Шэн, оставив остальных за столом, направился к кабинету ДаоХуэя. Он знал, что лидер сопротивления часто уединяется, когда ему нужно обдумать ситуацию или просто перевести дух. Стучать Шэн не стал, просто открыл дверь и заглянул внутрь.
— Эй, ты здесь? — спросил он, заглянув внутрь.
ДаоХуэй сидел за своим столом, опершись локтями на поверхность и держа голову руками. Он выглядел уставшим, глаза были слегка покрасневшими, а рядом стояла недопитая кружка чая.
— Ты выглядишь так, будто нёс на плечах полмира, — хмыкнул Шэн, закрывая за собой дверь и прислоняясь к косяку. — Хотя, в нашем случае, это почти правда.
ДаоХуэй поднял голову, устало улыбнулся и жестом пригласил Шэна сесть напротив.
— Что-то случилось? — спросил он, убирая волосы с лица и пытаясь собраться с мыслями.
— У Линжуна проблемы, — начал Шэн, сразу перейдя к делу. — Говорит, мать в больнице. Состояние критическое. Теперь хочет бросить конкурс.
ДаоХуэй слегка нахмурился, его взгляд стал внимательным, но в то же время спокойным.
— И что вы решили?
Шэн пожал плечами.
— Ну, мы пытались его убедить, что отказываться — глупо. Особенно после того, как он прошёл столько этапов. Фэнлинь выступил с какой-то вдохновляющей речью, и, похоже, Линжун начал сомневаться. Но... ты же знаешь его. Этот парень может передумать ещё сто раз.