«Слишком много совпадений», — подумал он, поднимая взгляд на потолок. Он не мог поверить, что власти могли отправить двух подставных людей в либерум.
«Это была она. Сора...»
Шэн провёл руками по лицу, пытаясь успокоиться. Ему нужно было сохранить этот образ злости. Пусть остальные думают, что он зол на предателя, пусть боятся его гнева, если потребуется. Это было проще, чем объяснять, что его терзают сомнения и страх.
Он встал, подойдя к окну. Город за стеклом выглядел так же холодно и мрачно, как всегда. Шэн провёл рукой по запотевшему стеклу, оставив на нём бессмысленный узор.
— Если она снова появится, — прошептал он себе под нос, — я займусь этим лично.
Его голос прозвучал глухо в пустой комнате. Шэн вздохнул и вернулся к кровати. Ему нужно было успокоиться, чтобы вернуться к другим. Но внутри он уже принял решение. Сора — его новая цель.
В штабе Либерума стало тихо — лишь изредка слышались шаги на скрипучем деревянном полу, а через окно едва пробивался свет, который не мог прогнать хмурую дымку, накрывающую город.
ДаоХуэй стоял на балконе, облокотившись на металлические перила. Он не чувствовал прохлады, хотя утренний воздух был свежим и, казалось, резким. Город под ним был тих и немного пуст, лишь несколько машин медленно двигались по улицам, и воздух всё ещё был заполнен первыми утренними звуками. Но ДаоХуэй смотрел не на этот город. В его голове всё ещё крутились мысли о вчерашнем дне, о газете и о том, что происходило вокруг Либерума. Эти заголовки, сообщения, "предательство", "утечка информации", "внезапные исправления" — это всё слишком совпадает с выгодой властей.
"Они хотят разлада," — думал ДаоХуэй. "Им нужно, чтобы мы сломались изнутри, и они знают, как нас ударить — через доверие."
Его размышления прервал лёгкий шорох внизу. ДаоХуэй опустил взгляд и заметил женскую фигуру. Она шла быстро, оглядываясь по сторонам, словно не желала быть замеченной. В её руке держалась маленькая девочка лет десяти, которая слегка отставала. Женщина была одета в простой серый плащ, и её фигура почти сливалась с серыми зданиями и дымкой раннего утра. Всё в её движениях говорило о том, что она насторожена.
ДаоХуэй продолжил наблюдать за ней, ничего не говоря. Он почувствовал, как его сердце немного ускорило пульс. Неизвестность этой ситуации и странность происходящего заставили его сосредоточиться.
Внезапно, словно почувствовав его взгляд, женщина подняла глаза. В её глазах был явный страх, но она не побежала, а сделала шаг вперёд. Прижимая девочку к себе, она дрожащим голосом тихо произнесла:
— Вы… ДаоХуэй?
ДаоХуэй застыл. Он заметил, как свет фонаря, отразившийся от её лица, раскрыл её черты, и что-то внутри него изменилось. Было ощущение, что он видел её раньше, но где и когда — не мог вспомнить.
— Кто вы? — спросил он с напряжением в голосе, его интуиция уже подсказывала, что эта встреча не случайна.
Женщина сглотнула, её лицо выражало смесь страха и отчаяния, и она быстро заговорила:
— Пожалуйста, не оставляйте нас здесь. Мы… не знаем, куда ещё пойти. Они преследуют нас.
ДаоХуэй, следя за её каждым движением, продолжал смотреть на неё, пытаясь угадать её мотивы. Его инстинкты подсказывали, что эта встреча могла оказаться важной.
— Кто они? — спросил он, снова уточняя.
— Власти, — ответила она с дрожью в голосе. — Мы узнали слишком много… слишком много о том, что они скрывают.
Её слова задели ДаоХуэя, и, кажется, что-то в её голосе вызвало в нём чувство, будто он что-то забыл, что-то важное, но в этот момент не мог вспомнить. Он почувствовал её напряжение, а её лицо показалось ему слишком знакомым. Но откуда?
— Заходите, — наконец сказал он, махнув рукой в сторону двери. — Мы можем поговорить внутри.
Женщина кивнула, глаза её наполнились благодарностью, а голос стал немного спокойнее.
— Спасибо, — произнесла она с облегчением и, крепко прижимая девочку, быстро пошла в сторону двери. ДаоХуэй провёл их, и в момент, когда они шагнули внутрь, он почувствовал, как что-то меняется.
Скрывшись за дверями, женщина и девочка исчезли из виду, но ощущение того, что это может быть началом чего-то значимого, не покидало ДаоХуэя.
Когда дверь за ними закрылась, ДаоХуэй проводил женщину и девочку в одну из небольших комнат, где обычно собирались все члены Либерума. Свет, пробивающийся через окна, был мягким и теплым, и в этом свете он наконец смог рассмотреть лицо женщины.
Её черты были утонченными, мягкими, но в глазах читалась решимость и отчаяние, смешанные с тревогой. ДаоХуэй не мог отвести взгляда. Что-то в её лице, в её выражении было до боли знакомым. Поглощённый её образом, он не заметил, как его сердце начало биться быстрее, а внутри зародилось чувство, которое он не испытывал давно. Тёплое, почти болезненное ощущение, когда воспоминания о первой любви начинают пробуждаться, как забытая, но яркая мечта. Все эти годы, после стольких потерь и трудных выборов, он уже думал, что утратил это чувство навсегда.