"Если не можешь убежать, научись летать."
В просторном и холодном здании правительства Чэньго день начался как обычно — с монотонных звуков клавиш, тихих обсуждений и шелеста бумаги. Но не сегодня. Сегодня привычная тишина была нарушена шепотом, который распространялся быстрее, чем огонь. Чиновники сгруппировались в маленькие группы, их лица были напряжены, а голоса звучали приглушенно.
— Вы видели это? — шепотом спросил один из молодых работников.
— Как такое вообще допустили? — ответила ему женщина постарше, переглядываясь с коллегами.
Мэр Шэньюй шел по коридору, его строгая фигура выделялась на фоне застекленных стен. Его присутствие моментально приглушило голоса, но шепот все еще витал в воздухе. Он замедлил шаг и оглядел толпу, остановив взгляд на одном из чиновников — Луна.
— Лун, подойди ко мне, — сказал мэр своим низким, властным голосом.
Чиновник, выглядящий бледным, поспешил к нему, избегая встречаться глазами с остальными. Шэньюй не произнес ни слова, пока они не оказались в стороне, вне чужих ушей. Лун понимал, что сейчас лучше говорить только правду.
— Что происходит? — мэр слегка прищурился, подчеркивая серьезность вопроса.
Лун сглотнул и начал:
— Господин мэр, прошу прощения, но произошел... инцидент. Сора — эта чертова пиратская вещательница — опубликовала видео. На записи видно, как старший чиновник Мэндек… показывает эмоции.
Эти слова прозвучали, как гром среди ясного неба. Хотя Шэньюй сохранял внешнее спокойствие, внутри него бушевала ярость. Мэндек! Этот человек, которого он считал надежным и верным системе, позволил себе такую слабость.
— Какого рода эмоции? — холодно спросил мэр.
— Смех, господин мэр. Он смеялся. Сора устроила провокацию, и он… поддался, — Лун говорил с заметным напряжением, явно понимая, что мэр не потерпит никаких оправданий.
На мгновение в коридоре стало совсем тихо. Шэньюй сжал руки за спиной так сильно, что его перчатки скрипнули. Однако он знал, что сейчас нельзя демонстрировать свою злость. Он медленно огляделся вокруг, где взгляды сотрудников пытались уловить хоть что-то из их разговора.
— Все назад к работе! — резко сказал мэр, его голос эхом отразился от стен. — Немедленно!
Толпа разошлась, но напряжение в воздухе осталось. Шэньюй повернулся к Луну, его глаза были ледяными.
— Ты знаешь, что с этим делать, — сказал он тихо, но угрожающе.
— Конечно, господин мэр, — поспешно ответил Лун, чувствуя, как холод пробежал по его спине.
Не дожидаясь продолжения, мэр быстрыми шагами направился в свой кабинет. Его лицо сохраняло невозмутимость, но в его голове бурлили мысли. Он знал, что не мог позволить Соре и её провокациям подорвать авторитет системы.