— Стало понятно, — он повернулся к Линжуну, — что стоит мне уйти, как некоторые из нас начинают недовольствоваться и искать, кого бы обвинить в своих проблемах.
Его голос был полон сарказма, но и скрытой угрозы, направленной явно в сторону Линжуна. Все в комнате почувствовали, как напряжение снова возросло. ДаоХуэй взглянул на него, и его глаза, холодные и беспощадные, встречались с Шэном. Этот взгляд был предупреждением. Но тот лишь пожал плечами и продолжил, игнорируя молчание лидера.
— Меньше всего мне хочется говорить о тебе, Линжун, но вот смотри... Всё ведь не так просто, — добавил Шэн, как бы намекая на давно назревшие недовольства.
Линжун, находящийся на краю стола, сразу почувствовал, что конфликт уже не избежать. Он сдержал дыхание, а потом, с едва заметной усмешкой, попытался оправдаться.
— О, да, конечно, — Линжун взглянул на ДаоХуэя, его голос стал немного громче. — Но разве всё не так и есть? ДаоХуэй, сам виноват, что всё так вышло, ты же не видел, что происходит.
В воздухе повисло напряжение. Всё это время ДаоХуэй молчал. Он не хотел подливать масла в огонь. Но что-то в его молчании было таким невыносимо тяжёлым, что остальные не могли не почувствовать скрытый страх.
И тогда Фэнлинь, сидящий рядом с ним, выпрямился и вздохнул, молча предупреждая остальных о возможных последствиях. Но ни он, ни ДаоХуэй не вмешивались сразу. Они оба были как камни, не позволяя эмоциям выйти наружу.
А вот Шуинь, сидя тени от окна, не выдержала. Она положила руку на стол и подняла взгляд.
— Хватит, — сказала она тихо, но её голос был твёрд. — Давайте прекратим. Мы все знаем, что это не время для ссор.
Её слова повисли в воздухе, создавая резкое и неожиданное спокойствие. Все замолчали. Даже Шэн, который ещё секунду назад не мог остановиться от словесных выпадов, смолк. Линжун тоже замолчал, понимая, что его попытки оправдаться и обвинить не приведут ни к чему хорошему.
ДаоХуэй сидел, обхватив пальцами край стола, его глаза оставались холодными и напряжёнными, но взгляд был более спокойным, чем прежде.
— Шуинь права, — произнёс он наконец. Его голос был низким и уставшим, но не потерявшим силы. — Мы не можем позволить себе терять время на разногласия. Нам нужно двигаться дальше.
Никто не стал спорить с ним. Даже Шэн, с его бесконечными шуточками и сарказмом, понял, что на этот раз они не могут позволить себе разброд в рядах. Все понимали, что сейчас каждое слово могло бы стоить слишком дорого.
ДаоХуэй снова взглянул на всех, его взгляд был холоден, но твердо решителен.
— Все наши силы должны быть направлены на выполнение задачи, — сказал он. — Время не на нашей стороне. Нам нужно продолжить работать, несмотря на любые трудности.
В комнате повисла тишина, прерываемая лишь звуками шагов, которые эхом отдавались от грубых стен. Все сосредоточились на разговоре, но на периферии внимания ДаоХуэйя было нечто странное, неуловимое. Он не мог сразу понять, что именно, но Фэнлинь, сидящий рядом с ним, как-то неестественно подёргивал плечом, невольно бросая быстрые взгляды по сторонам, как будто чего-то опасался.
ДаоХуэй несколько раз фиксировал это поведение, не подавая виду. Он смотрел на него с угрожающим спокойствием, но его разум был в напряжении. Это было нечто мелкое, но его интуиция подсказывала, что это может быть важным. Вроде бы мелочь, но в такой ситуации любая нестабильность может стать проблемой.
— Когда Линжун займёт пост секретаря мэра, — сказал ДаоХуэй, устремив взгляд на всех присутствующих, — нам нужно будет действовать быстро. Мы должны заставить людей изменить своё мнение до выборов президента. Время не на нашей стороне.
Эти слова вызвали некоторое замешательство. Секретарь мэра — это не просто должность. Это значительное влияние, и ДаоХуэй чётко понимал, что такие посты могут сыграть ключевую роль в дальнейших действиях. Но разговор был прерван Шэном, который не смог удержаться от своей привычной манеры.
— О, ну да, и наверняка ты думаешь, что Линжун станет новым мэром, а мы тут все такие с ним счастливые и довольные, — произнёс он, усмехаясь. — Может, он ещё и власть захватит? — Шэн добавил шутку, с которой никто, кроме него, не мог согласиться.
Яоцин, всегда преданная делу Либерума, мгновенно отреагировала.
— Шэн, хватит, — сказала она резко. — Линжун будет работать для общей цели, и не время для твоих глупых шуток.
Шэн пожал плечами, зная, что ни один из них не воспримет его шутки всерьёз, но продолжал смотреть на Линжуна с не скрываемым сарказмом. Линжун, тем временем, чувствовал себя неуютно, словно его что-то гложет, но не хотел показывать своей неуверенности.