Я распахнула глаза, находясь всё ещё в объятьях Кирилла. На этот раз он не терял хватку и намертво сомкнул на мне свои руки. Он вызывал ассоциации с капканом, из которого почти нельзя вырваться, но способ есть – гуманный и болезненный. Попадая в капкан, загнанный зверь борется за свою жизнь до последнего, тем самым отгрызая себе лапу. Знал ли об этом Кирилл? Но прежде чем от грызть свою, я решу лапы его.