- А я считаю её выступление отвратительным, - заявила женщина.
- Да, Леди, - поклонился Бутс.
- И я считаю это оскорблением свободных женщин! - продолжила она.
- Да, Леди, - терпеливо ответил Бутс.
- Давайте уже досмотрим окончание комедии, - предложил кто-то из зрителей.
- Так избей её! - снова потребовала свободная женщина.
- Я не вижу причин избивать её, - заметил Бутс. - Она делает ровно то, что она, как предполагается, должна делать. Она повинуется. Она послушна. Если бы она не была послушна, тогда я избил бы её, более того, я бы проследил, чтобы порка было соответствующей и длительной.
- Избей её! - заверещала свободная женщина.
- Мне наказать её? - поинтересовался Бутс обращаясь к толпе.
- Нет! Нет! – послышались мужские выкрики.
- Продолжайте спектакль! - прокричал кто-то.
- А у Тебя есть лицензия на это выступление? - осведомилась свободная женщина.
- Помилуйте, Леди, - заговорил Бутс заискивающе. – У меня сейчас трудные времена. Только вчера, ради того, чтобы свести концы с концами я был вынужден продать свою рабыню, исполнявшую роль золотой куртизанки.
Надо признать, что трудно заниматься бизнесом вроде гореанской труппы Бутса без золотой куртизанки. Она является один из главных персонажей, вовлечённых в этом виде театрального искусства, и присутствует в пятидесяти - шестидесяти процентах фарсов, составляющих репертуар такой труппы. Уж лучше было бы попытаться прожить без торговца, Бригеллы, Бины, Лекчио или Чино. Я уже знал о трудностях Бутса, причём выяснил это ещё вчера вечером. И я даже счёл целесообразным, по моим собственным причинам, предпринять кое-какие действия, для решения этого вопроса.
- Итак, у Тебя есть лицензия? - надавила свободная женщина на него.
- В прошлом году, говоря по правде, я не имел таковой по причине своей ужасной рассеянности, - осторожно признал Бутс, - но я же не стану так рисковать дважды на Сардарской Ярмарке. Я уже уладил свои долги здесь. Тем более, что едва я успел уладить один, как я оказался лицом к лицу перед тысячей кредиторов пришедших с гвардейцами за их спинами. Они набросились на меня, как тарны на зазевавшегося табука. Понуждаемый наконечниками их копий я был рад удовлетворить все их притязания, причём далеко не всегда честные. И когда сделал всё это, то оказался в такой нищете, что вынужден был расстаться со столь великолепной актрисой, игравшей наиважнейшую роль.
- Так у Тебя есть лицензия, или нет? – она начала терять терпение.
- Я вынужден был продать своей золотую куртизанки, чтобы купить этот клочок бумаги, - заявил Бутс.
- Так значит, есть? – уточнила женщина.
- Да, добрая леди! - кивнул Бутс.
- В таком случае, я с удовольствием увижу, как её отменят, - заявила она.
- Хорошо, - буркнул один из мужчин подле меня. – Вот иди и проследи.
- Эй, продолжай представление! - призвал другой.
- Помилуйте, добрая леди, - взмолился Бутс.
- Не думаю, что сочту целесообразным оказывать Вам милосердие в данном вопросе, - сказала она.
- А может, есть смысл снять с неё одежду женщины из касты писцов и пройтись плетью по её спине? – вдруг предложил кто-то.
- Да, поработить её надо, - прорычал другой.
- А ну тихо, сброд! - закричала, оборачиваясь лицом к толпе.
- Сброд? - переспросил мужчина.
Само собой, толпа состояла главным образом из свободных мужчин.
- Сброд! – возмутился другой зритель.
- Животные и подонки! – завизжала она на мужчин.
- Поработить её! - призвал один из тех, кто стоял рядом.
- Ошейник на неё! - поддержал его второй. – Он быстро исправит её манеры.
- Долой её одежду, - крикнул третий. – В наручники её и на привязь!
- О, у меня как раз с собой и то и другое, - весело выкрикнул мужчина, демонстрируя указанные вещицы.
- Вот и превосходно, надень их на эту стерву и тащи её к кузнецу, -послышалось предложение из задних рядов.
- Готов оплатить её клеймение, - предложил ещё один.
- Пополам! – тряхнул кошелём его сосед.
- Я - Леди Телиция с Асперича, - завизжала скандалистка. - Я -свободная женщина. Я не боюсь мужчин!
Я улыбнулся столь смелому заявлению. Конечно, сейчас она была в полной безопасности, поскольку находилась в пределах периметра Сардарской Ярмарки. Как же храбры могут быть женщины в пределах контекста традиций! Интересно, понимают ли они искусственность, недолговечность, умозрительность и хрупкость этих тонких крепостных стен. Они что, действительно спутали их со стенами из камня обороняемыми силами оружия? Они вообще понимают разницу между линиями и цветами на карте и фактическим ландшафтом местности? До какой высоты они решили поднять стены тех вымышленных или мифических замков, в которых они нашли убежище, и с башен которых теперь стремятся внушить свои желания всему остальному миру? Разве они не догадываются, что однажды мужчины могут им сказать: «Замок не существует» и они вдруг обнаружат, что терпение мужчин закончилось, безумие завершено, игра проиграна, а они оказались на месте, назначенном им природой, поражённо глядя вверх на своих владельцев?