- Убери меч, - предложил тот, что был доверенным лицом атамана.
- Хм, я Тебе не доверяю, - хмыкнул второй.
- Давай не будем ссориться, - повторил первый. – Добыча не настолько велика, чтобы драться из-за неё.
- Вполне достаточна, - заметил второй.
Я видел, что он уже принял решение.
- Достаточна для двоих! - кивнул тот, что был с атаманом.
- Но если делить на одного, то получится ещё больше, - усмехнулся второй, как вдруг побледнев, крикнул: - Эй, что с тобой?
Разбойник, стоявший к нему лицом, внезапно напрягся и захрипел. Потом его рука опустилась и выпустила оружие. Он неловко шагнул вперёд и споткнулся. Второй бандит напрягся, выставив меч, и приготовившись к любой хитрости с его стороны. Но тот, кто был доверенным лицом атамана, лишь наклонился вперед, и ничком рухнул около огня. Рабыни, по-прежнему стоявшие на коленях, спиной к спине, в ужасе задёргали связанными руками, и закричали. Даже связанные мужчины из труппы Бутса Бит-тарска, вскрикнули от неожиданности.
Из спины упавшего торчала рукоятка ножа. Это была рукоятка ножа совершенно особенного вида, рукоятка седельного ножа, обычно известного под названием «кайва», и распространённого в землях Народа Фургонов. Я совершенно намеренно не метал нож изо всех сил. В этом не было никакой необходимости. Бросок должен был лёгким и точным. А кайва сама, благодаря своему балансу, форме и весу, сделает всё остальное. А в моей руке уже покачивался другой клинок.
Разбойник отпрыгнул назад от огня. Возможно, в конце концов, он был не столь умен, как я предположил вначале. Он не раскидал костёр, а лишь отступил от него. Я всё ещё мог видеть его. Впрочем, я вполне понимал то, что он не хотел сломя голову, вслепую, бежать из лагеря, в неизвестность окружающей темноты. Кто мог знать, где и сколько там могло скрываться врагов?
- Кто здесь? – зло прокричал он, но ответом ему был только ночной шум близкого леса. - Если Вы – судьи, знайте, что я присоединился к шайке разбойников, прекрасно зная об опасности мне грозящей и готов защищаться!
Он дико осматривался, водя перед собой мечом, и сделав ещё пару шагов назад.
- Покажитесь, - крикнул он снова, - как это принято в вашей службе, той что смело воюет с разбойниками, и действительно благородно защищает и поддерживает закон. Или если вы просто честные мужчины, то я мог бы присоединиться к Вам, и мы вместе сможем предложить друг другу, нет, даже пообещать друг другу, взаимную защиту и помощь на этих тёмных и опасных дорогах.
Тишину ночи нарушал лишь шелест и стрекотание насекомых. Да ещё издалека доносились периодические крики крошечного, рогатого гима.
- Ага, Ты не показываешься, - засмеялся мужчина. - Отлично! Значит, Ты такой же разбойник, как и я сам! Признаться, я поначалу испугался, что Ты мог бы быть связан с судьями. Тогда бы я поступил так, как только что сказал, и здесь произошло бы маленькое сражение. Я - Абдар, когда-то я входил в шайку Хо-Дэна. Возможно, Ты слышал обо мне. Я числюсь в розыске в пяти городах. Давай, выходи. Хотя добыча весьма скудна, я буду рад разделить её с Тобой, или, если пожелаешь, отдам всю, как символ моей честности. Глянь на этих шлюх, если, конечно, Тебе их видно. Обеих, я уверен, что Ты сочтёшь приемлемыми рабынями. Если хочешь, забирай их обеих. Покажи себя! Давай объединим наши судьбы. Я готов присоединиться к Тебе. Кто Ты! Покажись!
Я молчал, прикидывая расстояние между нами.
- Ты всё ещё там? – крикнул он. – Где Ты?
Внезапно, с отчаянным криком, разбойник развернулся кругом и бросился бежать. Вернее хотел броситься бежать. Кайва выскользнула из моей руки. Мужчина споткнулся и, крутнувшись вокруг своей оси, упал, растянувшись в траве, и замер, лёжа на животе, в нескольких шагах от костра. Он ещё нашёл в себе силы подняться на карачки, но сделав всего пару неловких шагов, уткнулся лицом в землю. Он снова попытался подняться, но смог лишь приподнять голову и плечи, да и то ненадолго. Руки его не выдержали, и разбойник опять упал, и задёргался. Этот Абдар оказался живучим парнем. Он попробовал, впрочем, безуспешно, дотянуться до ножа, торчавшего из его спины. Но, конечно, ничего у него не вышло. Наконец, он вздрогнул и замер неподвижно.
Лишь после этого, я вышел на сцену, если можно так выразиться и, осмотрев тело, забрал свой нож, попутно проведя им по тунике убитого, стирая кровь. Сделавшая своё дело кайва, вернулась на место, в одну из семи ячеек, нашитых на общей мягкой кожаной портупее, переброшенной через правое плечо. Остальные ножи так и не покинули своих ножен.
- Вы! – облегчённо крикнул Бутс Бит-тарск.