— Пора, наверное, зажечь свет.
Здоровая рука отца все еще сжимала трубку. Он посмотрел на Сильвию невидящими глазами, и ей показалось, что его снова обуревает ярость. Но глаза ожили, будто отец очнулся от сна. Он оттолкнул телефон, поманил Сильвию рукой и вытащил из кармана плоскую прямоугольную коробочку, Сильвия открыла ее и вынула короткую нитку дешевого жемчуга. В ее непроизвольном «Ой!» смешались обида и удивление. Джек схватил ручку и с детским торжеством, указывая буквы в алфавите, «написал»: настоящий. Он показал на шею: ему хотелось, чтобы Сильвия надела бусы.
В комнату вошла Грета, она зажгла верхний свет и не сразу заметила жемчуг.
— Джек, — сказала она, — я не сомневаюсь, что сегодня ты будешь обедать с нами.
Сильвия понимала, что в ее положении самое лучшее — полная откровенность. Она повернулась к Грете, оттянула углы воротника и подняла подбородок.
— Посмотрите, что мне подарил папа!
— Ах, жемчуг, — сказала Грета. Но когда она снова заговорила с мужем, в ее потускневшем голосе слышалось отчаяние: — Кого ты попросил взять жемчуг из банка? Сидди? Я с удовольствием сделала бы то же самое. Достаточно было сказать.
Увидев, как презрительно склонил голову отец, Сильвия поняла: Джеку доставляло удовольствие показывать всем и каждому, что он не доверяет Грете; Сильвия почувствовала, что краснеет, краснеет вся с ног до головы, красные пятна поползли под жемчугом вверх по ее шее, по ее лицу.
Гарри заглянул в открытую дверь и немного разрядил обстановку.
— Я снял качели. — Он старался не касаться себя грязными руками. — Сейчас отмою грязь и принесу всем выпить.
Гарри согласился подбросить Гая только до Роузвилла, откуда тот мог на электричке доехать до Уин-ярда. Гарри и Сильвия сидели спереди, а Гай примостился сзади и разговаривал с ними, просунув голову в просвет между сиденьями.
— Рози пригласила всех, кроме меня.
— Я тоже не пойду к Рози, — сказал Гарри.
— Но тебя пригласили.
— У меня накопилась масса бумаг, нужно все разобрать, привести в порядок, — продолжал Гарри, обращаясь к Сильвии.
— А у меня нет, — сказал Гай. — Я могу пойти вместо тебя. Мне ужасно хочется посмотреть, как Тед все это примет.
— Что именно? — спросила Сильвия.
— Теду грозит банкротство, — ответил Гай.
— Вот, значит, что Рози имела в виду, — с удивлением проговорила Сильвия.
— Похоже, что Тед действительно обанкротится, — сказал Гарри.
— Я тебе, Сильвия, сейчас объясню, почему Рози не пригласила меня. Я стибрил ее подсвечники и заложил, ей пришлось идти их выкупать. Ух как она кипела. Тебе уже рассказали, что я могу что-нибудь стибрить? — спросил Гай.
— Правда можешь? — вежливо осведомилась Сильвия.
— Маргарет работает сейчас в рекламном отделе телевидения, — снова заговорил Гарри.
— Я обычно таскал вещи у матери, — перебил его Гай, — потому что знал, что она не станет докладывать Грозному Командиру. Но потом Гарри избил меня, и я перестал.
— Маргарет столько раз говорила, что ни за что не станет заниматься рекламой, — удивилась Сильвия.
— Гарри избил меня вовсе не потому, что разозлился, — не унимался Гай.
— Я избил тебя именно потому, что разозлился.
— Нравится Маргарет работа?
— Мне пришлось залепить глаз пластырем, — бормотал Гай, развалившись на заднем сиденье. — Все меня жалели.
— Не знаю, — ответил Гарри. — Мы не видимся. Так уж вышло.
— Это часто бывает, — сказала Сильвия.
— Ах, какие проблемы, — снова вмешался Гай. — Ненаглядная моя, неужели и ты мне не поможешь? Мы с женой разошлись и не хотим видеться, но мы очень любим друг друга, мы оба такие славные, поэтому мы очень страдаем. — Сильвия и Гарри рассмеялись. Гай заговорил громче, торопливее: — Гарри везет тебя в Ньютрал Бей, Сильвия, можешь не сомневаться. Берегись. Он тебя изобьет. Жемчуг непременно спрячь. Можешь не сомневаться, эта нитка краденая. — Сильвия подняла руку и провела пальцами по бусинам. — Она-то и нужна Гарри. Не говоря про деньги, он надеется, что деньги достанутся тебе. В Сиднее все знают, что Гарри вор и насильник.
Гарри резко притормозил у края тротуара.
— Ты приехал, Гай.
— Это еще не Роузвилл.