Гретины пассажиры долго вылезали из машины. Сама Грета, ступив наконец на землю, остановилась там, где вывеска «Контора» была не видна, и беспомощно оглядывалась по сторонам, пока Сидди не указал, куда идти. Тогда, неожиданно обретя уверенность, она торопливо пошла к конторе рядом с Сидди. Сильвия ждала Розамонду, которая приводила в порядок волосы и одежду.
— Как здесь чисто и красиво, — сказала Сильвия, когда они пошли по дорожке, хрустя гравием.
Через несколько шагов Розамонда заметила машину, заслоненную прежде другими. Она остановилась и тут же закрыла глаза.
— Машина Теда, — чуть слышно проговорила она.
— Возьми себя в руки, — осторожно подтолкнула ее Сильвия.
— Не могу. Скажи маме, что я подожду здесь.
— Перестань, идем, — сказала Сильвия и пошла вперед. Но, сделав несколько шагов, она увидела, что в машине кто-то сидит. Розамонда стояла слегка покачиваясь.
Место рядом с водителем было занято девушкой, китаянкой или вьетнамкой. Джеки наклонилась, чтобы посмотреть, кто идет. Встретившись взглядом с Розамондой, она медленно приподняла тыльной стороной руки тяжелую прядь распущенных волос, откинула ее назад, потом так же медленно сама откинулась на сиденье.
Сильвия решительно взяла Розамонду за руку, и та, ошеломленная, покорно пошла дальше с ней рядом. Грета и Сидди ждали их под аркой там, где красовалась вывеска «Контора».
— Мама, в машине Теда сидит китаянка.
— Правда, родная? Что ж, я рада, что Тед приехал. Он поступил как порядочный человек.
Сидди помахал рукой: — Туда!
Выйдя из-под арки, они оказались на крутом ступенчатом склоне, где лесенки отделялись одна от другой невысокими кирпичными стенками и вдоль каждой росли цветы. У подножья склона на плоской лужайке стояло несколько Г-образных зданий, и Сидди, их верный поводырь, взволнованно махал рукой, показывая, к какому из этих зданий они должны подойти. Две женщины и человек тридцать мужчин в темных костюмах стояли под крышей на асфальтированной полосе, протянувшейся вдоль внутренней стороны Г-образного здания. Сильвия смотрела, как Стюарт переходит от одной кучки мужчин в темных костюмах к другой точно такой же. Обе женщины были ей незнакомы. С долгим вздохом облегчения Сильвия сказала Розамонде: — Гарри, видимо, не смог вырваться.
— Вон Гай, — проговорила Розамонда. — А вон Гермиона и Стив, стоят в стороне и рассуждают, как ужасно выглядят все, кроме них. А вон там… неужели?., да, это Тед разговаривает с какими-то типами, похожими на мафиози.
Сильвия увидела, что в кирпичные стены по обеим сторонам лестницы вделаны металлические ящики, и подумала, что чем-то это напоминает сейфы в банках.
— Ничего не поделаешь, — сказала она, — надо же куда-то нас деть. Нельзя похоронить всех на кладбище Пер-Лашез. Привидения, во всяком случае, сюда не забредут.
— Если хотят жить полноценной жизнью, не забредут, — поддержала ее Розамонда.
Они спустились с лестницы, Розамонда сжала локоть Сильвии.
— Тед подошел поговорить с мамой, он даже не взглянул на меня, — с изумлением сказала она.
Тед пожал руку Грете. Свободной рукой Грета неловко поманила стоявших сзади.
— Тед, вы, конечно, помните Сильвию.
— Конечно.
Пока Тед здоровался с Сильвией, Розамонда стояла чуть поодаль и терпеливо ждала. Когда Сильвия отошла вместе с Гретой и Сидди, Розамонда спокойно сообщила Теду:
— У тебя в машине сидит девушка-китаянка.
Свежий и бодрый Тед стоял потирая руки.
— Привет, Рози. На самом деле она вьетнамка. Мы всюду бываем вместе. Я люблю эту девушку.
— Ты не можешь ее любить. Ты же любишь меня, — сказала Розамонда.
— Теперь уже не люблю, Рози. Мой мир взлетел на воздух, а когда я пришел в себя, у меня в руках оказалось это прелестное дитя.
«Прелестное дитя», — беззвучно повторила Розамонда, не отрывая неверящих глаз от лица Теда.
— Как поживает Доминик? — спросила она, с трудом, будто в полусне, подбирая слова.
— Вполне приспособился. Почему бы тебе не позвонить ему?
— Позвоню. Как он все-таки?
— Великолепно. Великолепно. От Метью слышно что-нибудь новенькое?
— Пока нет.
— Сообщи мне, когда что-нибудь узнаешь. Пожалуй, нам больше не стоит здесь задерживаться. Давай подойдем к остальным.
Так и не придя в себя от изумления, Розамонда покорно подошла к матери и Сидди. К ним присоединились Гермиона и Стивен, потом с другой стороны появился Гай. То одна, то другая группа пожилых мужчин окружала Грету, мужчины почтительно пожимали ей руку и произносили несколько сочувственных слов. Грета снова неловко поманила стоявших сзади.