В подтверждение своих слов я вышел в зал, сделал дурацкое селфи возле телевизора и, отправив вслед за текстом, вернулся на кухню. В ответ мне тут же прилетел смеющийся смайлик. Закинув пакетик зеленого чая, я залил его кипятком и устроился поудобнее в кресле, отставив кружку на столик. Поглаживая телефон большим пальцем, я смотрел на экран заставки, в душе надеясь, что Т. напишет что-то еще. Мне было все равно, что именно, но я хотел пообщаться с ним еще немного, а самому на ум ничего не приходило. Больше сообщений так и не пришло. Помяв телефон в руках, я отложил его на поручень и прибавил звук телевизора. Осталось пять минут.
Часа три назад мне уже позвонили родители и поделились впечатлениями от выпуска из-за разницы в часовых поясах. Они остались довольны, были безумно рады, а это самое главное.
Минуты пролетели быстро. На экране появилась заставка спонсора, а затем и начальные титры. Закадровый голос завлекающим слогом познакомил зрителя с новым шоу, и тут стали выходить мы, приветствуя всех лучезарными улыбками. Было интересно и непривычно смотреть на себя со стороны, особенно в новом амплуа. Теперь я и сам видел, что сильно изменился. Даже при отличной работе операторов, гримеров я улыбался иначе, двигался иначе, нежели полгода тому назад. Я был рад, что не стою на месте, но еще не понимал, как к этому относиться.
Выпуск удался на славу, я был безмерно доволен своей работой, как и тем, что мне выпал такой шанс себя проявить. Меня так и распирало от радости на финальных титрах, как раз в тот момент, когда мессенджер оповестил о новом письме. Смахнув шторку, я прочитал изобилующее “огоньками” сообщение от продюсера в общем чате команды нашего проекта:
“Второму сезону быть! Жду вас через неделю в офисе”.
Я почувствовал, как внутри у меня стал распускаться красный цветок от предвкушения следующего этапа и от того, что скоро я снова увижу Т.
Всю неделю я не мог найти себе места, пока не приземлился в столице после короткого перелета. Успев забросить вещи в гостиницу, я тут же поехал в офис, прихватив по дороге стаканчик кофе. Не так долго меня здесь не было, но я успел соскучиться, честно признаться. По этой суетливой энергии города, по его масштабам, по проекту.
Подъезжая к территории, я уже в окне автомобиля увидел Т., стоящего на крыльце с сигаретой в зубах и что-то увлеченно читающего в телефоне. Захлопнув дверь авто, я тихонько подкрался к нему и негромко крикнул “бу” низким голосом прямо в ухо. От неожиданности он вздрогнул, едва не выронив сигарету, но тут же расплылся в улыбке. Выдохнув в сторону табачный дым, он поспешно убрал телефон в карман и тепло со мной поздоровался.
Я был рад вернуться. Пусть я позже сам себя изничтожу мыслями о нездоровой тяге к нему, но сейчас я благодарил жизнь за то, что моя встреча с Т. не была последней.
Во снах бы вечность жил
Я посмотрел на свои руки, растерянно растопырив ладони, вокруг которых мудреными витиеватыми узорами вились красные нити, опутывая перед моим взором все мое тело: плечи, ноги, шею, сужаясь тонкой бархатной удавкой, заставляя дыхание сбиваться, но не пропадать вовсе, как бы подогревая во мне коварную тревогу. Пылающие хвосты красных нитей, совсем как живые, падали вниз на свежую утреннюю траву, пробивающуюся сквозь густой туман. Пытаясь подобрать сотни красных нитей с земли, я понимал, что все они так или иначе сплетаются в одну, уходящую далеко в туман.
Мне казалось, что я иду целую вечность, предаваясь искреннему удивлению, как прекрасен был лес, утренние блеклые звезды и скромный засыпающий полумесяц на небе, едва различимый в серой дымке. Воздух был настолько свежий и приятный, что даже удушье, создаваемое загадочными путами, не мешало восхищаться красочным миром, переливающимся перед моими глазами. Туман потихоньку расступался, открывая мне невероятную картину прямиком с полотна талантливого пейзажиста. Зеленые кроны деревьев зашумели над моей головой, привлекая взгляд к чистейшему лазурному небу, смешавшему в себе теплые краски рассвета. В этой изобилующей палитре и нити стали еще ярче. Мне казалось, что они являются продолжением меня, врастают во все тело, впиваются в вены, растворяются и вливаются в кровь, курсируя по всему организму.
Очнувшись от обволакивающего меня сна, я смог разглядеть вдали чей-то силуэт. Он так манил меня и притягивал к себе. Я потянулся к нему рукой, хотел позвать, но слова застревали у меня в горле по мере того, как красная нить вокруг моей шеи стягивалась и перекрывала весь кислород зловещей удавкой. Я начал жадно глотать воздух, пытаясь ее ослабить дрожащими пальцами, но у меня ничего не выходило. Я бился, как беспомощная птичка в клетке, с ужасом осознавая, что не могу выбраться из этих нитей, которые стали путаться еще сильнее, связывая меня по рукам и ногам, и лишь один конец этой красной паутины тянулся далеко вперед в сторону темного силуэта. Я силился выкрикнуть что-то снова, позвать на помощь того человека, но я лишь открывал рот, как немая рыба, пиная от злости траву с кусками земли, и чем больше я злился, тем больше нити душили меня.