И всё. Всего три ночи, и то, на третью ночь всего два раза проснулись, но сухие. Я их отругала на первый раз, а второй совсем не пришла. Короче, указали этой мелочи их место. Ибо нефиг!
За столом с маленькими мне неудобно. У меня зарок – в их присутствии говорить только по-английски. Эльвире приходится иногда переводить. Но в девять часов с копейками они отключаются и в их отсутствие можно потрещать в своё удовольствие.
– Лично я скептически отношусь к широкому освоению океана, – заявляет Сашок, – подводные города? Как колония для преступников прокатит. Только дорого слишком…
Мы слушаем, Юля кривится. От умных разговоров её на зевоту пробивает.
– Если не интересно, Юляш, можем о твоём молодом человеке поговорить, – предлагаю я, и подружка оказывается в фокусе всеобщего внимания. Только Эльвира глядит сочувственно. Корпоративная солидарность блондинок даёт осечку только на Вике. Но она, строго говоря, не блондинка, она экстраблонди.
– Нет-нет, я внимательно слушаю, – испуганно и торопливо. Я с подозрением, поднятым до таких гротескных высот, что папахен издаёт громкий смешок, гляжу на подружку.
– Пусть там много полезных ископаемых, ну и что? Пусть их в два раза больше, чем на суше и что?
– Как что? – переключаюсь на него к величайшему облегчению Юли, – запасов полезных ископаемых на суше хватило на создание могучей человеческой цивилизации.
– Хватило. И ещё надолго хватит, – соглашается Сашок, но явно при этом прячет за спиной дубинку, – но как бы велики не были запасы на океанском дне, у них есть одно неприятное свойство.
– Какое? – папочка делает вид, что не догадывается, а, может, натурально не знает.
– Они ограничены, – бьёт своей дубинкой Пистимеев.
– Любые ресурсы везде ограничены, – пожимает плечами папахен.
– В космосе – нет, – Сашок выкидывает главный козырь.
– В космосе – тоже ограничены, – папочка не сдаётся, – пусть на два-три порядка ресурсов больше, но всё равно ограничены.
– Вы не понимаете! – Пистимеев начинает горячиться. Под шумок Юлька исчезает, уходит с Эльвирой на кухню.
– Во-первых, освоение ресурсов Солнечной системы займёт всё человечество на пару столетий, не меньше. Во-вторых, Солнце – всего лишь одна звёздочка из миллиардов в нашей галактике. И галактик во Вселенной сотни, если не тысячи.
– До галактик ещё добраться надо, – скептически усмехается папахен.
– Зачем? – встреваю я, – зачем перепрыгивать через ступеньки? Когда Солнечная система будет освоена, наверняка придумают способ добраться до других звёзд. Это же лет двести займёт.
– Вопрос любых ресурсов в своей крайней точке упирается в одно, – замечает Пистимеев, – в объёмы энергии, которыми мы располагаем. В конце концов, будь у нас неисчерпаемый источник энергии, мы любые другие ресурсы можем сделать возобновляемыми. Или бесконечными. Например, заняться трансформацией элементов.
– Хотите осуществить мечту средневековых алхимиков и превращать свинец в золото? – кажется, папочка нас дразнит.
– Почему только свинец? – упираюсь в папочку ясным взором. Пистимеев с облегчением вздыхает, он не один на баррикадах.
– Хорошо-хорошо, сдаюсь, – папахен поднимает руки.
– То-то же, – покровительственно говорю я, – будущее и последнее слово за нами, молодыми.
– А что ты там о Юлином ухажёре говорила? – резко меняет тему Вика. Это она вовремя, надо сделать паузу. Как раз Юля с Эльвирой из кухни бисквиты к чаю несут.
– Да что там говорить? – делаю вид, что не замечаю подружку, – тискает нашу Юлю какой-то маломерок…
– Дана! – это она с Эльвирой хором. Папахен с Пистимеевым дружно ржут.
15 апреля, вторник, время 09:15
Особняк в районе Измайлово.
Комната-кабинет сына хозяина.
Алекс Прохоров.
Неприязненно смотрит на телефонную трубку. Оттуда только что прозвучала, после дежурных приветствий, несуразная просьба.
– Алексей Александрович, нам бы авансик тысячи в две. Иначе никак…
Совсем обнаглели! Работать, считай, не начинали, а аванс положи?
– Вы поймите, – убеждал занудный голос бригадира, – ребята только что подъехали, на дорогу поиздержались, за жильё платить надо…
Брехло! На бригаде из семи человек две квартиры, ещё одна намечается. Хозяева съехали на время ремонта, живи - не хочу, за всё уплачено. Вода, удобства, кухня – всё доступно. В таких случаях ремонтируют первым делом коммунальное оснащение, чтобы самим пользоваться. А в конце наводят лоск и сдают работу.