Через четверть часа нас зовут на ужин. Ради гостей Эльвира расстаралась на отбивные с гречневой кашей. С самым большим аппетитом ужин уничтожает Юля. Только мои оборонительные мероприятия не позволяют одарить подружку ещё одной отбивной размером с нашу ладошку. Добавку ограничиваем половинкой.
– Пусть хоть одна поест нормально, – поддерживает Юлю папахен, – а то вы все такие худенькие, так и хочется вас накормить и побольше.
– Мы не худенькие, мы – стройные. Вот выйдем замуж, тогда и можно будет расслабиться. Пузо себе отрастить, – гляжу на мачеху, перевожу взгляд на Юлю, – сиськи… ой!
Папахен фыркает, Юля зыркает почти злобно, Ледяная улыбается, мачеха дёргает меня за ухо.
– Пузо это временно, – комментирует папа, – а против хм-м… крупной груди ничего против не имею.
Как-то неожиданно наш вопрос сам всплывает. Юля смотрит на меня победно. Ну, раз папочка сам речь завёл, значит, можно.
– А какая грудь мужчинам больше нравится? – по зависанию папахена понимаю, что однозначная победа Юле не светит.
– Очень маленькая и чересчур большая сразу нет, – папахен задумывается с забавной серьёзностью, – хотя если выбирать, то большинство выберет сильно большую, чем маленькую или отсутствующую. А чего вы так задумались, девочки? Если первый размер есть, то уже можно не беспокоиться. Особенно Юле… в вашем-то возрасте.
Юля от удовольствия слегка пунцовеет. У неё второй размер наклёвывается, если уже не достигла.
– Всё, девочки, хватит! – обрезает тему Эльвира.
– Да, – поддерживаю я, – Юль, как у тебя на личном фронте? Что у тебя с тем мальчиком?
– А что сразу я? – топорщится подружка. Не любит она о своих сердечных делах распространяться. Какая-то не девичья черта, если я правильно человеческую психологию понимаю.
– Что за мальчик? – в глазах Эльвиры огромнейшее любопытство.
– Ходит за ней один мальчик… – начинаю я.
– Лучше о своём Пистимееве расскажи! – сдаёт меня подружка и смотрит мстительно. Расчёт её срабатывает, внимание переключается на меня.
– Что за Пистимеев? – с долей строгости спрашивает папа.
– Это тот вихрастый высокий мальчик? – вспоминает Эльвира.
За разговорами мы заканчиваем с ужином и перемещаемся в гостиную пить компот от Эльвиры.
– Без меня ничего не рассказывай, – Эльвире помогает всё принести и расставить Юля.
– Да, Эльвир, тот самый вихрастый и есть Пистимеев. И без него я бы в Лицей не поступила, – поворачиваюсь к Вике, – так что ты и весь класс должны молиться на него. Без его помощи меня с вами не было бы.
– Ты не преувеличиваешь? – осторожно спрашивает Ледяная.
– Я ж на волоске висела… – и начинаю рассказывать. Это ведь действительно заслуга Сашки, моё поступление. Без него, вероятнее всего, я набрала бы на пару баллов меньше. На один точно. И тогда всё, за третье место в числе четверых не зацепилась бы. Он дал мне тот глоток воды, который спасает жизнь. Один глоток это так мало, но на другой чаше весов – спасённая жизнь. Поступление в Лицей в моём случае.
– Я же не свинья, чтобы быть неблагодарной, – заканчиваю я, – поэтому Сашка сейчас мой друг.
– Не поняла, – слегка потряхивает роскошной гривой мачеха, – а где романтика?
– А романтика это глубоко личное, – показываю язык и уворачиваюсь от её руки. То, что я по-настоящему к нему испытываю, я даже себе не признаюсь.
Раскрутить Юльку, хоть немножко, удаётся, когда мы втроём уходим в комнату. Хотя через минуту втроём превращается во вчетвером. Эльвира опять папочку бросает.
– А теперь давай, признавайся! – сужаю глаза, как безжалостный следователь, – что у тебя с тем мальчиком?
Немедленно меня атакуют вопросами, что за мальчик такой. Начинаю рассказывать, невзирая на Юлины протесты, о парнишке на год моложе, которому ухаживать за Юлей помогает весь класс. Эльвира хохочет, Ледяная хихикает.
– Признавайся! Уже целовалась с ним? – мой пронзительный взгляд проникает ей прямо в душу. Клянусь, я пошутила! Ничего такого даже не предполагала. Но Юлька неожиданно краснеет.
– Сразу предупреди его, чтобы никому не рассказывал, как ты классно целуешься, – теряя последние силы, инструктирую я, – хватит с тебя одного Миши.
Она кивает! Всё, не могу больше! Валюсь от смеха на пол. Раскололась всё-таки…
Нахохотавшись, идём в спорткомнату. Меня прямо организм заставляет, привычный к движению именно в это время. Там с Викой обучаем Юльку кое-каким упражнениям и способам поставить растяжку.
Спать укладываемся, как планировали. И Вика не возражает, у неё такой утомлённый вид. Я её понимаю, она на два года вперёд нахохоталась, при её-то сиротских нормах на всплески эмоций. Юлька же на меня дуется. Такая милашка!