— Тебе повезло.
Ситуация, в которой он оказались, была скорее досадной, чем опасной. И все же… Моа прислушался к голосам, звучащим из-за поворота длинного коридора с камерами. Говорила Има, бодро, уверенно. Лич нахмурился — тоже попалась? Голос веселый — не похоже.
Спустя минуту девушка появилась перед ним в компании жутко довольного начальника охраны.
— Пожалуйста, юная госпожа, забирайте ваших друзей — вот гостевые ярлыки для вас. У меня были в запасе…
И пленников, действительно, выпустили.
Только когда они оказались за несколько кварталов от злосчастной кутузки, довольная Има поделилась деталями замысла, который ей удалось успешно провернуть.
— Вот! — Она развязала шнурок и оттянула ворот рубашки, демонстрируя опустевшую шею.
— Ты отдала им медальон в залог? — Губы Моа изогнулись в улыбке. — Серьезно?
— А что мне оставалось делать? Магией на него морок накинула, чтобы больше походило на золото. И чтобы, когда он вернется ко мне, у начальника стражи иллюзия какое-то время держалась. Не надо на меня так смотреть! Я плохо поступила, знаю, но ничего больше в голову не пришло, а вам там находиться было довольно опасно…
Глава 9. Праздник Полуночи
Здесь по вечерам кормили пургатори.
Тяжелые миски с угощениями ставили на специальные каменные подставки во дворах, и серые робкие тени текли к ним из подвалов и садов. Древние предки — призрачное напоминание о том, кем когда-то были люди…
Чтобы не забывалось.
Чтобы помнилось…
В сумерках на улицах зажигались фонари. Желтые, белые, зеленоватые. Объемные одинокие шары или же гирлянды — чтобы всем хватило света. Ведь праздник же! Праздник! Всюду нарядные люди. Одежды пестрят — их достали из шкафов и сундуков. А на улице даже после заката тепло и душновато. Лишь из самого городского центра веет прохладой. Ложится на дорогах утоптанная пыль. Соловей заливается в высоких липах. Луна желта и аппетитно масляниста — она похожа на дырчатый румяный сыр, который так и хочется съесть…
Это время священной Полуночи, когда можно гадать по лунным теням и купаться в священном бассейне, что кроется под полуразрушенной колоннадой старинных развалин. Сердце города! Его незыблемая и нежно хранимая святыня. Когда-то давно в том месте, где находился теперь центр Кутаная, стоял огромный дворец или храм. Когда-то давно в нем творились неведомые действа, а теперь в его залитом подземными водами цоколе купались в праздник Полуночи суеверные горожане.
Смывали с себя проклятья, сглазы и неудачи…
К ведьме Засухе было решено идти уже после народных гуляний. На ночлег путник остановились рядом со священным развалинами на небольшом постоялом дворике с замшелой крышей и садом таким глубоким, что до спрятанной в его недрах старой конюшенки приходилось идти несколько минут. В той конюшенке удалось уютно устроить спрятанную под мороком Пепу… и Браслета.
Има так долго и отчаянно уговаривала коня переночевать рядом с древней, что тот смирился, наконец — послушал хозяйку.
— Она тебя не обидит, ну что ты, — уговаривала девушка, ласково гладя бархатный нос. — Останься, пожалуйста…
И верный конь остался.
Пепа тоже — оказавшись в городе, она переживала и нервничала всю дорогу. Тяжело быть столь огромной, необычной и пугающей в людской толпе.
Древняя свернулась в большом деннике, где ставили раньше упряжных тяжеловозов — теперь для приезжих лошадей построили новую конюшню. Эту же оставили в запас. Тут было всего шесть денников. Четыре из них были заняты, а в двух остальных хранили дрова. По соседству с Пепой стоял осел, такой старый и флегматичный, что его даже появление древней не смутило. Подумаешь, невидаль! — именно таким было выражение седой ослиной морды. Похоже, в жизни он повидал нечто гораздо более жуткое, чем вежливый зубастый «конский пожиратель»…
Пепа поздоровалась с присутствующими животными, когда вошла.
Сосед-бык, что стоял напротив, сперва испугался и громко замычал, но Има сунула ему в рот кусок захваченного на кухне черствого хлеба, и бычище успокоился.
— Тебе точно не будет здесь плохо? — уточнила девушка у Пепы перед тем, как уйти.
— Что вы, госпожа, здесь мне будет спокойно, — донеслось в ответ. — Разве что соседи мои новые начнут волноваться…
Има пообещала принести всем постояльцам старой конюшни чего-нибудь вкусного с кухни и пошла по тропе к жилой постройке.
Моа и Архо ждали ее в снятой комнатушке.
— Сегодня праздник, а мы тут сидим… — пожаловалась девушка. — Обидно. И идти боязно — поймают еще стражники? — И тут ее лицо просияло. — Знаете, я ведь немного магии скопила. Думаю, у меня получится накинуть на вас морок. Внешность сильно не изменю, но на живых похожи будете — а это уже само по себе прекрасная маскировка.