- Ну, раз так, то принимается, - с теплой улыбкой отозвалась она. А затем скосила взгляд на один из пакетов. - Но зачем столько мяса?
- Поверьте, я прожил с вашей внучкой чуть больше месяца и убедился, что этот продукт - необходим. А вообще, Кара обещала как-то, что угостит меня лучшим в мире шашлыком. Думаю, у нас будет шанс его попробовать, - отозвался я, заворачивая плотно пакет, чтобы он не протек, и убирая в холодильник.
- В этом можете не сомневаться. У неё и моего супруга - это настоящее соревнование, - хохотнула Екатерина Григорьевна. - Я очень рада, что вы решили погостить у нас чуть дольше. Суп скоро будет готов. Может, чай попьёте со мной?
Так как я ел где-то шесть часов назад, то сейчас голод стал ощутимее. Но мне хотелось найти Кару, что уже, скорее всего, величает меня "дезертиром". И всё же бабушке Уткиной я сейчас отказать не мог.
- С удовольствием, - согласился я.
Побеседовав с Екатериной Григорьевной, я ощутил, что расслабился и... мне нравились эти люди. Дед Кары хоть и настороженно относился ко мне, но и его понять можно было. Просто очень беспокоился за свою единственную внучку. Эти люди были честными, милыми и добродушными. А главное - настоящей семьей.
Кара так и не появилась за это время в доме. В принципе, как и Бориса Олеговича. Если они так близки, то скорее всего занимаются каким-то общим делом. Но всё же стоило встретиться с Карой и поговорить.
Утром мне пришла эсэмэска от неизвестного номера. Уже тогда у меня возникло ощущение, что мне не понравится увиденное. Так и случилось. Это была фотография с хлесткой подписью: "Недолго тебе осталось дурачить её". А на снимке разговаривающие Кара и я у её мотоцикла.
Сначала я решил, что мой тайный преследователь - сдох или устал, но теперь же догадываюсь, что он залег и искал компрометирующую на меня информацию. И нашел. Как-то пронюхал про папино предложение и бумаги о разводе. Была мысль, что это отец меня запугивает, но я от неё отказался. Нет, он бы не стал сейчас так сильно рисковать. А это всё началось гораздо раньше.
Но этот вопрос стоило решить. Как приедем в город, то я расскажу Каре про разыгранный спектакль отцом и подготовленные бумаги о разводе, а так же чем это нам обоим грозит. Я уверен был, что она поймёт и не только это... но и то, что не хочу терять её. Главное, сделать это быстрее, чем какой-нибудь анонимный доброжелатель или же отец доберется раньше.
- Извините, а где я могу найти Кару? - спрашиваю я, споласкивая от пены кружки..
- Она собиралась сходить на речку, - задумчиво протянула Екатерина Григорьевна, массируя висок. - Но это было ещё часа три назад. Сейчас она в гараже - занимается своим пикапом. Да, там поищите её.
- Спасибо, - кивнул я.
Вытерев руки о полотенце, я вышел из дома и спустился по тропинке вниз к небольшому бетонному зданию, чью крыша и стена были с одной стороны полностью увити гибкими ветвями винограда. Выкрашенные коричневой краской металлические ворота были крепко закрыты. Лишь обойдя гараж, я заметил узкую приоткрытую дверь.
Темноту гаража лишь освещали развешанные по потолку гирлянды, переливающиеся синим светом. Здесь было прохладно. В углу стоял старый диван, а рядом деревянный столик, на котором пара стеклянных бутылок. На стенах висели какие-то запчасти и инструменты, а помимо квадроцикла стоял нежно-голубого цвета пикап "Иж" 1974 года.
На все помещение гремела песня Bonnie Tyler - Holding Out for a Hero, под которую забавно дрыгались свисающие с кузова маленькие ножки в красных кедах.
- I need a hero!
I'm holding out for a hero 'till the end of the night,
He's gotta be strog
And he's gotta be fast, - разносилось завывающее из грузового отсека. - Я жду-у геро-о-оя!
Я прыснул со смеху и закрыл за собой дверь. Девушка пела лишь в двух случаях: при хорошем настроении или же выплеснуть эмоции, чтобы прийти в себя. По крайней мере, я удостаивался подобных концертов почти каждый день, когда Уткина занимала ванную раньше.
- А я смотрю цирк уехал, а клоуны остались, - говорю я, подходя к пикапу и заглядывая в кузов.
На дне отсека лежал темно-синий мат, на котором расположилась девушка. Её колени, лицо и руки до плеч были перепачканы машинным маслом. В принципе, как и джинсовый изорванный комбинезон.
Кара сложила руки на груди и поджала губы, отворачивая голову в другую сторону от меня. А затем сделала музыку громче и звонко пропела: