- Я не болтаю, Юрий Иванович, а докладываю по указанию начальника управления, - обиделся дежурный.
- Ладно, не обращай внимания. Там на борту полно людей, и наш парень там, понял? Что сказал главный штаб ВМФ?
- Подводная лодка вышла в район катастрофы.
- Ладно. Хоть на этом спасибо, - Казанцев положил трубку.
Впереди - снова томительное ожидание. Оно растягивает время, а значит и жизнь, думал Казанцев, нетерпеливо поглядывая на телефон. - а между тем никто не любит ждать. Хотя и ожидание, и надежда уже превратились в форму нашего бытия ...Он поднялся и отправился в комнату посетителей к Спежову. Тот дремал, уронив на грудь голову.
- Что приснилось? - Казанцев сел на стул.
Спежов поднял голову и преданно уставился на Казанцева.
- Ничего. Муть какая-то.
- Сейчас пойдешь домой. О визите сюда и обо всей этой истории с имитатором никому ни слова. В том числе и жене. Работу больше не ищи. Я позвоню о тебе начальнику нашего НИИ, устроишься по профилю. Вернется Саватеев, пригласим и его, если...
- Что если? - спросил Спежов.
- Ничего. Позвонишь мне через несколько дней. Все понял?
- Все, - прошептал Спежов.
Глава 28.
Первым запах гари обнаружил Саватеев, он вышел к туалетам и багажному отделению покурить и вдруг ощутил знакомый острый запах - так могла пахнуть только жженая электроизоляция. Он сунул пачку сигарет в карман и подошел к стюардессе.
- Девушка. Извините...Доложите командиру. У вас что-то горит, где-то в районе багажного отделения...
- Что горит? Вы уверены?
- Абсолютно, - твердо ответил Саватеев. - Скорее всего, проводка. Пойдемте...
Встревоженная стюардесса последовала за ним. Запах явно усилился, отметил про себя Саватеев.
- Подождите здесь. Пока никому ни слова. Я вызову командира, стюардесса исчезла в салоне.
Через несколько минут появился командир, высокий, черноволосый, мрачно насупленный. Он повел носом, внимательно вгляделся в створки багажного отделения.
- Давно заметили? - он повернулся к Саватееву.
- Несколько минут назад, - ответил Саватеев.
- Идите пока на свое место, и помалкивайте. Паника нам ни к чему. Мы разберемся.
- Я...я готов помочь, я специалист по профилактике аварий, Саватеев... Доктор технических наук.
- Профилактика - дело нужное. Идите. Если надо, мы вызовем... Спасибо, - пилот повернулся к стюардессе: - Пригласи-ка сюда бортинженера и девочек. Немного разберем багажное отделение, проверим.
- Может быть я все-таки останусь? - снова попросил Саватеев.
- Ладно, пока оставайтесь, - наконец согласился командир.
Вместе с прибывшим инженером (стюардесс командир отправил в салон) они принялись перебирать багаж, добираясь до внутренней обшивки. Запах горелой резины усилился. И в этот момент среди сумок и чемоданов Саватеев увидел знакомую магнитофонную коробку. Сквозь пленку просвечивало маслянистое пятно, случайно посаженное водителем Липинского, возившего имитатор в своем захламленном багажнике. Командир и бортинженер, переговариваясь в полголоса, озадаченно вглядывались в обшивку, источавшую тревожный запах тлеющего пока огня. Саватеев выскользнул в салон, отыскивая взглядом Нинико.
Мимо него торопливо прошагал командир. На ходу он повернулся и бросил Саватееву:
- Займите свое место. Пока вы не нужны.
Саватеев, покачиваясь в такт вздрагивающему телу самолета, добрался до своего кресла. Нинико спала, опустив на колени книгу. Волосы её разметались по плечам, вид у неё был такой безмятежный и такой беззащитный, что у Саватеева сжалось сердце. Ему вдруг подумалось: а не сама ли судьба преследует его - специалиста, призванного бороться с авиакатастрофами посадив в аварийный самолет.
По едва ощутимым провалам и легкому крену на левый борт, Андрей понял, что самолет начал снижение и одновременно отворачивает с курса. Он пересел на пустой ряд перед ними и прислонился к окну. Ясное небо, блистающая поверхность океана, редкие кучевые облака, слегка подсвеченные опускающимся где - то впереди солнцем, - что заставило пилотов отключить автоматику и перейти на ручное управление...
Андрей вернулся на место, Таранов тоже удивленно смотрел в окно.
- По-моему мы снижаемся, - он бросил быстрый взгляд на Андрея.
- Да, - коротко подтвердил Андрей. - И довольно резко.
- Что бы это значило? - Таранов свернул и отложил в сторону газеты.
- Дело командира со штурманом: меняют высоту и курс. Это не Европа. Здесь океан воды и воздуха, делай, что хочешь, - спокойно проговорил Андрей и в этот момент включились бортовые динамики. Спокойный мужской голос начал:
- Командир корабля и экипаж приветствуют вас, граждане пассажиры. Мы просим не беспокоиться. По техническим причинам наш самолет начал снижение. Какой - либо опасности сейчас на борту нет. Есть неисправности электропитания, мы заняты их устранением. Если не устраним, произведем промежуточную посадку. Просьба сохранять спокойствие. Со всеми вопросами обращайтесь к членам экипажа.
- Так... - пробормотал Таранов. - Хорошенькое дельце. Как вы это прокомментируете?
- Пока ничего страшного: могло быть и хуже, - сказал Андрей.
- Хуже? Что ж пожалуй вы и правы. В любом положении есть худшие варианты...
Услышав сообщение, Быков обратился к Эльзе:
- Что он там бормотал? Я ничего не понял.
- Он сказал: будет промежуточная посадка. По техническим причинам.
- А, чепуха, достань-ка мой кейс с коньяком. Как чувствовал, полет затянется.
- Держите, - Эльза с трудом вытянула из - под ног кейс.
Быков протянул руку и толкнул в плечо задремавшего от коньячных паров Липинского.
- Вставайте, граф. Соловей пропел давно. Рванем ещё по одной. Эльзочка, золотце, достань-ка нам стакашки. И разыщи в моей сумке фламастеры и альбом, у меня появилась одна роскошная идея. Женский костюм необыкновенного силуэта. Посадка, так посадка, не будем терять времени. Держи, - он протянул Липинскому наполненный коньяком стаканчик.
- Старик, я больше не могу. Ты меня умотал, - отбивался Липинский.
- Ты что не слышал, мы будем садиться... А здесь, в соответствии с законами географии, насколько я помню, никакой суши, кроме диких островов нет. Веселенькое будет дельце. Теперь у меня в моделях появятся туземные мотивы. Пей, черт бы тебя побрал.
- Какая посадка? Ты что, спятил, старик? Пить надо меньше.
- Спать надо меньше. Эльзочка, скажи ему, - осклабился Быков.
- Да, да, Вася, по радио объявили: идем на посадку, - Эльза показала вытянутой ладошкой, как они направляются к земле.
- Но здесь океан... этот, Атлантический, какая посадка?
Тоже перепились что ли, - Липинский вдруг с тревогой почувствовал, что протрезвел, самолет действительно снижался.
- Я пойду на свое место, - он попытался подняться, но Быков вцепился ему в рукав:
- Если уйдешь, считай, что мы незнакомы. В моем коллективе прошу больше не появляться. Эльзочка, плюнь ему в рожу.
- Ладно, остаюсь, - сдался Липинский.
"Граждане пассажиры, - снова включился динамик. - Командир и экипаж корабля просят соблюдать спокойствие. Мы будем совершать вынужденную посадку у островной гряды. Будем садиться на воду у берега. Пристегните ремни. Сейчас вам раздадут спасательные жилеты и расскажут, как ими пользоваться. Еще раз прошу соблюдать спокойствие. Посадка на воду менее опасна, чем на сушу. Командир корабля летчик первого класса Королев".
Бригадир спрятал в карман карты и взглянул на раскрасневшуюся от увлекательной игры Зинаиду Васильевну. Пышный её бюст неотвратимо притягивал взгляд. К тому времени, полностью утратив картежное хладнокровие, он проиграл ей уже двух мастифов. Однако он не расстраивался, он видел, зато сердечная игра идет на лад. Его попутчица была явно покорена, она даже не очень обращала внимания на тревожные объявления по бортовому радио.
Слова командира экипажа вернули Бригадира в реальность. Ну что ж посадка, так посадка, он бывал в разных переплетах. Всегда надо быть готовым ко всему. К тому же здесь, в самолете были Таранов и этот проклятый Безуглов, можно будет воспользоваться моментом и убрать обоих, лучший вариант: кто потом разберется? Ментов в океане нет.