Шон улыбнулся, хотя Сиара не пыталась его рассмешить.
– Сиара, можешь отпустить Финна?
– Нет, я не собираюсь этого делать.
– Я хочу тебя поцеловать.
– Этого не будет.
Под пристальным взглядом Шона Сиара все-таки положила Финна в манеж. На небольшом расстоянии друг от друга они вдвоем стояли на кухне.
– Сиара, все, что нам нужно, это быть честными с людьми, которые нас окружают. С Лорен, Джерри, детьми.
– В чем честными? Что секс был хорош?
– Да, секс был хорош. И сейчас хорош.
– Мне нечего им сказать.
– Просто Лорен не может… она не встанет у меня на пути, если я решу от нее уйти. Но это не значит, что я покину и своих детей. У тебя с Джерри может сложиться такая же ситуация.
– Шон, я тебе уже говорила. Я не заберу у него детей. Им нужен отец.
– Ты его любишь?
– Не спрашивай. Правильного ответа нет. Ты лучше, чем кто-либо другой, должен понимать, как сложно ответить на подобный вопрос. Я знаю, что у тебя есть чувства к Лорен.
Кажется, это сработало. Шон выглядел встревоженным. Он потирал лицо и шею, слегка наклоняясь вбок. Казалось, некая невидимая сила начала его сгибать.
– Окей, да, все сложно. Мои чувства к Лорен никуда не делись, но ты же знаешь, что я ощущаю по отношению к тебе. – Сейчас Сиара не испытывала по отношению к Шону ничего, кроме стыда. – Как только все о нас узнают, нам больше не придется скрываться. Ты беспокоишься за детей и Джерри, потому что думаешь, что мы должны будем сбежать и жить тайно. Но нам не придется этого делать.
– Меня беспокоит, какой бред ты несешь.
Она взглянула на Финна, который, как ни странно, даже ни разу не пикнул. Малыш был слишком увлечен драмой, разворачивавшейся у него перед глазами. Сиаре стало интересно, осмысливает ли сейчас ее слова какой-нибудь уголок его растущего мозга. Будут ли они потом эхом звучать у него в голове? Будучи уже взрослым мужчиной, начнет ли он вскакивать в холодном поту, потому что они звенят у него в ушах?
Секс бы хорош. Я знаю, что у тебя есть чувства к Лорен. Следи за языком при моем сыне.
– Считаешь, что все, что между нами произошло, – мои фантазии? – Казалось, Шон был обижен, и это ему не шло.
– Ты придумал чувства. Все, о чем ты рассуждаешь, было между строк. Я ничего не говорила. Мне хотелось, чтобы у меня был секс с кем-нибудь, кроме мужа. И ты оказался в нужном месте, буквально у меня перед глазами.
Сиара не могла вспомнить, какой у него оттенок кожи: сейчас он казался серым.
– Сиара, ты же не серьезно. Ты вообще понимаешь, что ты мне сейчас говоришь?
– Да, конечно, и надеюсь, что ты меня слышишь. Не знаю, как еще лучше до тебя все это донести. Все кончено.
– Черт! – закричал он, а затем взглянул на Финна. – Черт, прости. Какого хера, Сиара! Может, уберешь куда-нибудь этого ребенка?
– Он у себя дома. Это тебе надо убраться куда-нибудь еще. – Шон в панике оглядел комнату, словно искал, что бы взять в руки. На какое-то мгновение Сиара испугалась, что он натворит что-нибудь еще. – Джерри может вернуться домой в любой момент. – Ничего лучше в голову ей не пришло. Шон изумленно на нее взглянул.
– Что?
– Я сказала, что Джерри скоро будет дома. Тебе надо идти.
– Может, в таком случае мне лучше остаться. Введем его в курс дела.
– Тебе надо пойти домой и хорошенько подумать над тем, что ты сейчас говоришь. Хочешь потерять детей? Это случится. Будешь продолжать в том же духе – и Лорен их у тебя заберет.
– Она этого не сделает. Она все понимает.
– Понимает, почему тебе изо всех людей нужно спать именно со мной? Вряд ли, Шон. – Наконец Финн закричал, и Сиара к нему бросилась. – Слушай, уходи, пожалуйста. Поговорим позже.
– Ты говоришь, что все кончено?
– Да, именно это я и говорю, Шон. Все кончено. Я даже не планировала так долго с тобой пробыть. Все это начинает выходить из-под контроля.
– То есть я в тебя влюбляюсь, а ты хочешь, чтобы я ушел?
Он звучал, словно ребенок, расстроенный тем, что праздник подходит к концу.
– То, что ты ко мне испытываешь, – это не любовь. Прислушайся к себе, Шон. У тебя есть Лорен. У тебя есть Фрея, Гарри и Уиллоу.
Сиара надеялась, что, произнеся имена его детей, выведет его из этого состояния.
– Мои дети…
Еще до того, как он успел завершить предложение, в дверь позвонили.
– Черт! – выругались они вместе. Сиара знала, что это не Джерри, ведь у него не было нужды звонить в звонок.
– Иди туда. Просто иди. Закрой дверь и не издавай ни звука.
Взяв Финна на руки, она подтолкнула Шона в сторону кладовки, где стояла стиральная машина. Он не стал спорить, и Сиара захлопнула за ним дверь.
Потом она сделала глубокий вздох и пригладила волосы, пытаясь вспомнить свои последние покупки в интернете в надежде, что ей просто доставили посылку.
Открыв дверь и увидев на пороге Лорен, она чуть снова ее не захлопнула.
– Можно войти? – Лорен была полна решимости.
Сиара прислушивалась, не доносятся ли какие-нибудь звуки из постирочной, но все было тихо. Шону, наверное, сейчас было еще тяжелее, чем ей. От этой мысли у Сиары на лице появилась улыбка. Она решила, что должна выслушать Лорен, что бы она ни сказала.
– Конечно, заходи, я как раз собиралась поставить чайник. – Она открыла дверь шире.
Глава двадцать шестая
Двадцать первое сентября
Сиара сделала шаг в сторону, чтобы пропустить Лорен в прихожую. Финн висел у нее на бедре, и она так крепко его прижимала (даже слишком сильно, подумала Лорен), словно он улетел бы, если бы она его отпустила.
За все те годы, пока они жили по соседству, Лорен ни разу не была дома у Данфи: она лишь слонялась снаружи и заглядывала внутрь, когда было темно. Дом был поразительно чистым и ухоженным, именно таким она и видела его через окно. Теперь, оказавшись внутри, Лорен ощутила себя скорее в выставочном образце, чем в пышущем жизнью доме, где росли двое маленьких детей. Сиара вела ее на кухню.
– Я, наверное, заварю чай.
– Ну, хорошо.
Лорен отвязала Уиллоу от спины, а Сиара опустила на пол Финна. Словно испытав притяжение, малыши молча начали делать нетвердые шажочки, не сводя друг с друга глаз. Они напоминали животных, которых в неволе впервые знакомили с представителями их вида.
– Это – единственный раз в их жизни, когда абсолютно приемлемо вот так стоять и смотреть на кого-то в упор, – заметила Сиара.
– Выглядит мило.
– Ага, так и есть. Через несколько лет окружающая действительно убьет в них это невинное любопытство.
– Грустно, правда?
– Ужасно. А хуже всего, что они даже не понимают, как хороша сейчас их жизнь.
Лорен поняла, что расплылась в улыбке, но Сиара стояла к ней спиной.
– Не знаю, что тебе и сказать, Лорен. По-моему, я немного запуталась. Что ты тут делаешь?
Сиара торопливо налила в чашку кипяток, не дав как следует завариться чайному пакетику. Попробовав чай на вкус, Лорен вспомнила масляный диффузор с ароматом «Эрл грея», который однажды поставила в туалете. Этот запах совсем туда не вписывался и оставлял странное чувство у нее во рту, когда она заходила облегчиться.
– Вряд ли ты так уж удивлена, Сиара. Мы ведь уже давно сцепились рогами.
– Точно, ничего нового. Но ты никогда не стучалась ко мне дверь, что бы мы друг другу ни говорили. Так что теперь?
Какой бы невинной ни была интонация Сиары, когда она задавала этот вопрос, обе женщины уже знали на него ответ.
– Я устала вести с тобой вражду, – ответила Лорен. Она не собиралась изображать сумасшедшую, обвиняющую ее в том, что она спит с ее мужем. Ну не прекрасно ли. Сиара облизала губы, сделав глоток чая.
– Лорен, а у нас вражда?
– А разве нет? И ты, похоже, уже собрала войско.
– Ничего такого я не делала. Я же не виновата, что у меня больше подруг, чем у тебя.
Эти слова прозвучали немного по-детски, но Сиара, в общем-то, была права.