Понял что сделаем и себе этого не прощу, метаться буду. Грызть себя, изнурять.
Признать что нужна?
Да нет!
Это не то! Не нужна, просто тянет, по своему, трахнуть хочу и отпустит! Так ведь?
Просто тянет как то не по детски!
Скручивает при ней и мыслить здраво перестаю.
Просто думать начинаю не головой а головкой.
То биш членом.
А он зараза предатель. Ебать. Только вижу её, отварачиваюсь, запрещаю смотреть на неё, думать о ней. А он сука тут как тут колом встаёт, на ширинку давит. Дескать я здесь всё слышу, вижу, хочу!
Блядство.
-Черт меня дёрнул про игрушку сказать! Просто чертовски неприятно стало когда увидел что Тоха с неё брюки снял! А она такая вся довольная!
Шмара мелкая! Текёт вся, растопыривае капши свои. Сука!
А Тоха молодец! Быстро прочёл меня. Тормознул. Да. Если захочет позволю, наверное. Но начало надо привыкнуть к этому. Ко всему.
Видел глаза её обиженные! Да. Сильно по ней прошли. Обидели. Ну ничего переживёт! Я же живу с таким грузом как она!
Выходили так и сидела. Как статуя, не живая!
-Тох, пойду посмотрю, всё ли в порядке! Что то дёргает, здесь. Показываю на грудь.
-Может я сам? Хер знает что ты там натворишь со своим горячим нравом.
И как два дебила помешанных на одном цветочке рванули опять до комнаты.
Мнемся рядом. И первый раз я постучал! Просто не смог наглеть сейчас! Ну никак!
За дверью тихо. В таких случаях говорят. Гробовая тишина!
Тихонько открываю. Так слегонца, что бы только заглянуть, проверить всё ли в порядке.
Сидит. На полу в позе лотоса, смотрит в окно.
Что то стреляет опять под лопатку.
-Ариш . Зову тихо.
Даже не дернулась. А должна была. Должна?! Она же трусиха!
Подхожу ближе, засматриваю с боку. И сердце сжалось. Неприятно так.
Белая как полотно! Ручейки слез сикают до подбородка и падают на руки, пол.
Чё за хуйня! О чем она думает?
Получаю подзатыльник от батана. Сильно так приложился!
Понимаю что переборщили. Исправлять надо!
-Арина, ну что ты?
Тишина, не слышит нас. Ну или не хочет слушать.
-Ариш, ну прости ты нас, признаю переборщили. Пытается достучаться до неё Тоха.
Присаживается рядом. До руки дотрагиваеться.
Лиш бы не отдернула!
Не шевелиться.
Только губы бледные, шепчут что то.
Прислушиваюсь. Молитва!
И стало стыдно вдвойне.
Смотрю на Тоху и что делать не знаю. Как её с такого состояния вытащить.
Тоха делает ещё одну попытку. Смотрю как его рука по лицу у неё гуляет. Убирает волосы, гладит.
Пообещал потом руку сломать. Но пока про себя!
-Ариша. Ну услыш меня. Шепчет тихо. Двигаеться к ней.
Морок падаёт с её лица. Краски пусть и не сильно но уже тронули лицо.
-Пришли поиграть? Голос бесцветный гробовой.
-Арина ты это. Прости нас! Мы правда ничего такого не думаем. Заигрались просто.
И я метнул в него не добрый взгляд.
Тоха хоть может что то сказать. А у меня язык во рту как будто пуд весит!
-Игрушку не сломали. Надо доломать. Патом что? Выкините?
Сделал шаг к ней, а она на каком то непонятном мне инстинкте прижалась к Тохе. От меня прячется.
Я понимаю что я для неё только зверь. Не человек!
Но ведь сам хотел что бы баялась!
Кого теперь в этом винить.
Сел на кравать и протянул руку, ухватив её пасадил на колени.
-Прости меня. Только и смог прохрипеть. Уткнувшись к ней в шею.
-Придурок я!
Выдохнул. Самое главное всё же сказал.
Чувствую неуверенную руку у себя на шее. Лёгкое поглаживание за ухом, а я как кот мурчать готов!
Простила?
Рука по энергии тянется вдоль спины, массируя, поглаживая. Забираюсь под обьемную футболку прикасаясь к нежной и супругой коже.
Тихий вздох.
И меня захлестнуло!
###############
Здравствуйте мои дорогие! Небольшой кусочек. А вечером глава от имини девушки.
Посмотрим получится ли у них секс! Или опять будут на сухом пайке!
Комментируем.
Подписываемся на автора.
С благодарностью к вам ваша Светлана.
Арина
Мерзко, неприятно.
Господи какой низкой я себя сейчас чувствую.
Убитой, потерянной.
Столько эмоций, а преимущественно негатива вспыхивающих в моём воспаленном мозге.
Обидно. Обидно до слез.
И плакать никак не получается.
С удовольствием заплакала бы. Очистить душу, убрать камень.
Ведь легче будет. Мне легче. Но ком в горле скручивает, давит не даёт выхода слезам.
Обида сильно, глубоко засела в груди заставляя сердце медленно работать.