— Я подумаю. Что будет на посвящении?
— Как обычно, — дернул он плечом. — Испытания для новичков. Что-то найти, что-то приготовить. Ничего особенного.
Ага, «ничего особенного», так я и поверил. Даже без сыворотки «Правды» я чувствовал, что он врёт. Хотя тем интереснее.
— На всякий случай: куда и во сколько?
— Дай свой номер телефона. Я тебе позже напишу.
Я продиктовал номер. Тут Сеня внезапно закашлялся.
— Если я решу прийти, можно с собой друзей возьму? — уточнил я, догадавшись, что он намекал.
— Конечно! Бери, но только студента нашей академии и обязательно первокурсника. До вечера, — они двинулись к выходу, а мы с Сеней приступили к еде, обсуждая предстоящее мероприятие.
Глава 21
После третьей пары мне на телефон пришло сообщение, в котором было написано: «Дом 8. В 22:00».
Я показал Сене.
— Отлично! Вечеринка! — он принялся отплясывать прямо в коридоре под изумлённый взгляд Аурики.
— Ты чего? — усмехнулась она.
— Нас с Сашей пригласили на посвящение в студенты, — пояснил он.
— Но… ты же не пойдёшь, да? — насторожилась она.
— Конечно пойду! Я не могу такое пропустить.
Аурика схватила нас за руки, потянула к окну и скороговоркой выдала:
— Вы что не понимаете? Они просто издеваются над первокурсниками и снимают всё на видео, а потом распространяют по всей академии.
— По-моему ты перебарщиваешь, — недоверчиво проговорил Сеня.
— Нет! Можешь спросить у Адольфа. Его друг был на посвящении и еле ноги унёс.
— И что же там такого было?
— Их поливали каким-то дерьмом, заставляли есть всякую гадость и раздеваться догола.
Похоже, на Сеню повлияли слова девушки, поэтому он посмотрел на меня и еле слышно спросил:
— Ты не передумал идти?
— Нет. Им придётся хорошенько постараться, чтобы заставить меня сделать что-то подобное, — улыбнулся я. — И ты можешь не волноваться. Я тебя в обиду не дам.
Он кивнул и, успокоившись, ответил:
— Аурика, ничего такого с нами не произойдёт. Я потом тебе расскажу, что там было.
— Зря. Очень даже зря, — покачала она головой. — не говори потом, что я тебя не предупреждала.
После четвертого занятия, на котором вся группа в специальных комбинезонах окучивала саженцы на грядках за оранжереями, мы с Сеней договорились, что вечером встретимся у нужного дома и зайдём вместе. Я видел, что он уже не так воодушевлен. Слова Аурики оказали на него влияние.
Ну что ж, посмотрим, что для меня приготовили старшекурсники. Я тоже не так прост, и приду на праздник не с пустыми руками. Даже знаю что возьму с собой.
С академии я сразу поехал к лавке. Дима уже вернулся домой, а дед с Кирой пытались придать уют в лавке, развешивая дешевенькие копии картин и раскладывая на подоконники горшки с цветами.
— Слушай, Шурик, а может, нам предлагать посетителям попить чаю? Я вот здесь поставлю столик и два дивана, — указал он на пустой угол слева от двери. — Каждый день буду заваривать какой-нибудь из наших чаёв и угощать покупателей. Приятная, доброжелательная атмосфера и ароматы будут привлекать больше народу.
— А к чаю будем подавать яблочную пастилу, — вставила Кира, которая по-прежнему не осмелилась ни разу посмотреть мне в глаза.
— Хорошая идея! Но смотрите, чтобы к вам не повадились приходить бездомные за халявным чаем с пастилой.
— Ну этих-то я сразу за дверь. У меня не забалуешь, — грозно нахмурил брови старик.
— А мне чаю нальёте? — с улыбкой спросил я.
— Нет. Не поработал ещё, — буркнул он. — Иди сначала в подсобке коробки на верхнюю полку сложи, а то под ногами мешаются. Мы с Кирой не достаем, а лестницы здесь нет. Надо бы купить.
— Ладно. Но, когда вернусь, чашка горячего чая должна стоять вот здесь, — я ткнул пальцем на прилавок.
— Ну и наглый же ты. И в кого такой уродился?
— В тебя, — развеселился я и прошёл в подсобку.
В коробках лежали льняные мешки с чаями, поэтому были легкие, но до верхней полки даже мне с трудом удалось достать.
Чай они налили и не только мне, но и себе. Сидеть было негде, поэтому пили, стоя за прилавком.
— Меня сегодня пригласили в академгородок на посвящение в студенты… — начал я.
— О, вот и хорошо. Обязательно сходи, — оживился дед.
— Почему? Говорят же, что там издеваются над студентами.
— Да не издеваются, а проверяют. — покачал головой дед. — Если покажешь слабину, все четыре года будешь мальчиком для битья, а вот если выстоишь и дашь отпор — заслужишь уважения и будешь вхож на каждый праздник. В мои годы именно так и было. Думаю, с тех пор ничего не поменялось. Традиции на то и есть, что их чтут из поколения в поколение.