Я сделал паузу и посмотрел на неё. Она слушала очень внимательно, слегка наклонив голову, и я видел, как за каждым пунктом она внутренне отмечала что-то — знакомое или новое. Программист. Структурирует информацию.
— Дерматолог — без замечаний. Синяки, которые волновали Давида, вероятнее всего травматические, учитывая твою неуклюжесть. Но тромбоциты в пределах нижней границы нормы, не критично, но мониторить будем. Маммолог — чисто.
Я замолчал, и Мия подняла на меня глаза. Она ждала. Она прекрасно понимала, что я ещё не всё сказал, потому что один пункт я пропустил.
— Гинеколог, — я произнёс ровно, без какого-либо акцента, но увидел, как она мгновенно опустила взгляд и сжала руки на коленях под столом. — Ты девственница, это в карте отмечено. Физически всё в норме, патологий нет. Но врач отметил гипертонус мышц тазового дна, что, опять же, связано с общим мышечным дисбалансом и напряжением. Это корректируется. Вопросы?
Тишина. Краска по шее поднялась до корней волос. Она открыла рот, закрыла, снова открыла.
— Нет, Сэр, — выдавила она едва слышно.
— Мия, это медицинские результаты. Ты не должна стесняться разговора о собственном теле со мной. Я отвечаю за твоё здоровье, и гинекология — часть здоровья, как и всё остальное. Со временем привыкнешь. — Я закрыл папку и отодвинул её в сторону. — В целом, картина хорошая. Молодой организм, основные системы работают нормально. Проблемы решаемы и связаны в первую очередь с тем, что ты мало ела, мало двигалась и много сидела за компьютером в неправильной позе. Всё это корректируется.
Я встал из-за стола, собрал тарелки и поставил в раковину — Элизабет уберёт позже. Потом повернулся к ней, прислонившись к столешнице.
— И последнее. Давид рекомендовал консультацию у психолога. Не психиатра, именно психолога. Это не диагноз и не приказ. Это рекомендация. Подумай. Я не буду давить, но если согласишься — организую. А пока — переодевайся в спортивное. Через десять минут в гостиной, зарядка.
— Да, Сэр, — она встала и направилась к выходу, но на пороге остановилась. — Сэр, спасибо, что… рассказали всё подробно. А не просто «всё нормально».
Я слегка кивнул. Она ушла.
Дальше от лица Мии
Поднимаясь к себе в комнату, я перебирала в голове всё, что рассказал Маркус. Близорукость, гастрит, мышечный дисбаланс, недовес — каждый пункт ложился на свою полочку. Обидно. Не страшно, но обидно. Всё это время я считала себя здоровой, просто худой и не очень спортивной, а оказалось, что тело медленно разваливалось от неправильного образа жизни. Сижу за компьютером по десять часов, ем раз в день, сплю мало. Гениально, Мия.
Переоделась быстро — в шкафу нашла такие же велосипедки и топ, что на первой тренировке. Волосы собрала потуже, чтобы не мешали. Спустилась в гостиную за две минуты до назначенного времени. Маркус уже стоял у окна, в футболке и тёмных брюках. Стек лежал на подлокотнике дивана. Он обернулся, окинул меня быстрым, оценивающим взглядом — сверху вниз, снизу вверх. Коротко кивнул.
— Разминка. Десять минут. Начинай.
Я начала. Разминка шла легче, чем позавчера — тело запоминало движения, а
мозг легче на них соглашался. Только лёгкое волнение и привычное покалывание в плече при вращениях. Маркус не вмешивался, лишь наблюдал. Закончив, я остановилась и посмотрела на него, ожидая команды.
— Сегодня добавим новые упражнения. В прошлый раз я видел базу, сегодня хочу проверить кор и баланс. Встань на четвереньки. — я опустилась, и стек мягко коснулся поясницы. — Спину ровно, не прогибай. Теперь выпрями правую руку вперёд и левую ногу назад. Держи десять секунд.
Вытянула руку и ногу. Затряслась, как осиновый лист. Плечо отозвалось тупой ноющей болью, но терпимой. Десять секунд тянулись вечностью.
— Хорошо. Меняй сторону.
Сменила сторону. Левая рука, правая нога. Трясло меньше — может, потому что левое плечо было посильнее, зато баланс держался ровнее. Десять секунд. Маркус не комментировал, и я не знала, хорошо это или плохо. Позавчера он хвалил чаще. Сегодня — молчание и короткие команды. Как будто перешёл из режима «знакомство» в режим «работа».