- Догадайся! - сказал Дир, с ещё большей улыбкой.
- Я не знаю... - прошептал Идий печально и задумчиво.
- Узнаешь ещё! Я не стану тебе говорить.
- Я уже долго думал об этом, - признался Идий.
- Думай ещё. Всё очень просто, ты сам этому удивишься, когда поймёшь.
- Не получится...
Они ещё долго говорили "ни о чём", и в итоге Идий ушёл от Дира задумчивый, взволнованный и радостный. Идий не мог не радоваться, ведь Дир сказал, что он может видеть его, не подавая запрос, и ему очень хотелось, чтобы так было.
Глава 100. Радуйся, что не стоишь
Рано утром, приблизительно в пять часов, в будку Идия постучались. Идий тут же проснулся от испуга и быстро вскочил с кровати. Он сразу же вспомнил, что вчера к семи часам должен был подойти в кабинет ванных комнат, а он забыл. Получается, попытался обмануть их и избежать наказания. Идий не сомневался, что это стучатся надзиратели, которых прислали из ванных комнат за ним. Идий боялся открывать, но знал: у него нет другого выхода.
- Идий Домайлов, открывайте, - сказал, минуту спустя, один из надзирателей грубым голосом. Идий тут же подошёл к двери, глубоко вздохнул, набрался смелости, и открыл дверь. Стоило ему только сделать это, и двоя надзирателей его сразу же схватили за обе руки так, словно он пытался бежать. Затем грубым образом повели за собой.
Они привели Идия в давно знакомую ему будку-склад, где хранились разнообразные средства пытки.
- Нельзя его бить, - сказал один из надзирателей другому, когда они вошли во внутрь и заставили Идия лечь на живот.
- Почему?
- Он из ванной.
- А..., тогда всё ясно. Бери пластырь.
- У нас не было таких указаний, - сказал надзиратель, который явно старался делать всё правильно и боялся самовольничать.
- Ничего не будет, его надо наказать. Придёт через неделю снимать, - сказал другой надзиратель, который до сих пор не принимал участия в диалоге.
К этому времени, надзиратель, который велел напарнику взять пластырь, сам сделал это. И тогда его напарники начали раздевать Идия, чтобы он мог наклеить ему пластырь невероятно большого размера, закрывающую всю спину...
- Смотри, если самовольно снимешь, наденем костюм, который в жизни не снимешь и не отклеишь сам, пока мы этого не захотим, - сказал надзиратель, который приклеил Идию пластырь.
- Три месяца так будешь ходить, - сказал другой надзиратель.
А третий добавил:
- Так что лучше смирно терпи и не ковыряй спину, через неделю придешь, и я сниму тебе пластырь.
Идия отпустили с будки в сопровождении только одного надзирателя, остальные разбежались по своим делам. Этот надзиратель отвёл его прямо до кабинета ванных комнат. Идий понял, что вначале к нему пришли целых четыре надзирателя только потому, что боялись столкнуться с его сопротивлением, и только тогда, когда поняли, что он весьма послушный мученик, решили, что столь серьёзная охрана не нужна.
Когда Идия оставили в кабинете ванных комнат, передав его одной из надзирательниц, работающих там, ему тут же велели идти к тридцать пятой ванне. Идий не сопротивлялся и молча пошёл. Только два вопроса его сейчас волновали: почему нет той привлекательной девушки, которая в первый раз приняла его (а он уже так привык любоваться ею каждый день), и почему всё так спокойно, его не ругают даже и не бьют за прогул.
Идий не прождал и трёх минут около тридцать пятой ванны, к нему пришла надзирательница, которая как раз таки и наказала его на пятнадцать дополнительных часов.
- Залезай сейчас же, - сказала она грубо Идию. Он послушался и ничего спрашивать не стал.
В двенадцать часов дня, Идий, как обычно, ждал, что его отпустят. Но долгое время никто не подходил к нему. Идий видел, что некоторых мучеников в его ряду ванн уже отпустили, а его, похоже, даже покормить не собираются. И он позвал надзирательницу. Она его даже слушать не стала, пока он несколько раз не нырнул, а потом спросила:
-Ну, что тебе надо?
- Почему меня не отпускают?
- И не отпустят, выходные же.
- И что с того?
- Будешь тут в выходные.
- Почему? Всё время здесь сидеть?
- Потому что вчера не пришёл, будет тебе уроком, - сказал она.
- Я не могу здесь сидеть все выходные, я должен запрос отдать.
- Успеешь ещё, это не столь существенно.
Идий начал вылезать из ванной, и надзирательница тут же предупредила его:
- Даже не вздумай вылезти, иначе не скоро уйдёшь отсюда, и в будни выпускать не буду.
- Я не могу здесь быть, я должен уйти, пожалуйста, отпустите меня, - просил Идий, он хотел как можно скорее написать следующий запрос для встречи с Диром.
Все выходные Идий пробыл в ванной комнате, отпустили его только в понедельник в двенадцать часов дня, сказав:
- В семь часов приходи.
- Нет! почему? - с возмущением спросил Идий.