- Нет, говоришь? Тогда в пять приходи! - со злобой сказала надзирательница.
- Почему?! - переспросил Идий.
- Иди, - ответила она хладнокровно, не желая что-либо объяснять.
- Скажите, почему? Это несправедливо, я же уже давно пробыл пятнадцать часов здесь!
- Не пробыл.
- Как это?! - возмущался Идий.
- Считается, что ты приходишь сюда в семь часов вечера, час на подготовку и ожидание в очереди, а ванну начинаешь принимать с восьми до одиннадцати вечера, потом ты уходишь к себе и возвращаешься в пять утра, опять принимаешь ванну с шести до девяти часов, - объяснила надзирательница в некоторой спешке. - И того, ты принимаешь ровно шесть часов ванной в день.
- Но это всё ложь! Вы же не отпускаете! - громко возмущался Идий.
- За этим никто не следит. И потом, после ванной, каждый моется, и тратит на это определённое количество времени в зависимости от своей чистоплотности.
- И что это меняет?
- А то, что никого отсюда не выгоняют посреди ночи и начальство только за. Это даёт мне право не выпускать мучеников в течение всей ночи.
- Вы подлая, вы специально мучаете, - сказал Идий в злобе, презрительно глядя на неё.
- Ты будешь ещё на десять суток наказан за то, что вчера не пришёл. Так что даже не мечтай скоро уйти от меня.
- Десять суток поверх пятнадцати часов?
- Двести сорок часов плюс девять часов, - сказала она, подсчитав в уме.
- Почему так?!
- От пятнадцати часов ты уже пролежал шесть часов, вот и плюс девять осталось, десять суток равняется двести сорока часам, - объяснила она. - Всё очень просто. Это равняется сорока одному дню и трём часам, но ты будешь сорок два дня приходить в ванну, плюс выходные дни, они не учитываются вообще.
Идий тяжело вздохнул и сказал:
- Я же не специально опоздал, я же забыл. Простите меня...
- Вот в следующий раз не будешь опаздывать. И смотри, если начнёшь опаздывать, я тебя вообще перестану отпускать.
- Я не буду опаздывать, - уверил Идий. - Но хотя бы в выходные дни отпустите?
- Будешь отдыхать!
- В каком смысле? - с испугом спросил Идий.
- Привыкай лежать в ванне. И радуйся, что не стоишь.
- Тут же все лежат!
- Хочешь посмотреть на тех, кто стоит? - предложила надзирательница.
- Разве есть такие? - с любопытством поинтересовался Идий.
- Конечно. Пошли со мной, покажу.
-Хорошо, - сказал Идий и последовал за ней. Минуты через две она привела его в отдельную комнату, очень большую и мрачную, казалось, она была пустой, без мебели и людей. В ней было очень темно, хотя и горели в нескольких местах неяркие лампы. Когда они вошли, надзирательница включила яркий свет. Идий в первые секунды испытал самый настоящий ужас от увиденного. На полу вряд через каждый метр были проделаны дыры и заполнены той же гадостью, что и ванны. Эти дыры представляли собой прямоугольные ящики глубиною в человеческий рост, вставленные в специальное квадратное отверстие в полу. Мученики стояли и у них торчали только шеи. Почему то, многие из них именно в эту минуту протирали свои лица и тяжело дышали. Идий думал, что они хотят разглядеть вошедших людей, то есть, их, и поэтому вычищают глаза от грязи, но в следующее же мгновение понял, что ошибался. Вдруг Идий заметил, что мученики почти одновременно стали нырять, а ведь такого не бывает! Он сразу догадался, что пол у них начал проваливаться.
- Ну, вот и пришли. Смотри, - сказала она, широким взмахом руки, показывая на стоячих мучеников.
- Это Вы что ли нажали куда-то, почему они все провалились? - спросил Идий.
- Они каждую минуту проваливаются на двадцать секунд, - объяснила надзирательница. - Механизм такой специальный у их полов.
- Это ужасно... - прошептал Идий.
- Не спорю.
- Почему некоторые здесь, а некоторые там, в обычных ваннах?
- Сюда попадают те, кто отказывается нырять. А время пребывания здесь не учитывается в общем назначенном времени пребывания, это как дополнительное наказание, поучительный этап. Ты бы тоже сюда попал, если бы не слушался.
- Я послушный, - сказал Идий самодовольно и, радуясь тому, что не отказывался нырять, иначе бы его ещё больше мучили.
Глава 101. Деродей Крафт хочет Вас видеть
Идий вернулся в пять часов вечера, как ему и велели. До двенадцати дня опять ему пришлось лежать почти неподвижно в ванной, наполненной отвратительной смесью. В этот день его заставили нырять особенно много и часто. Идий понял, что надзирательница не зря показала ему стоячих мучеников в ванной: она явно хочет отправить его туда. Идий это прямо чувствовал и по её взгляду, и по недовольному раздражённому голосу и по поведению больше всего. Она злилась на Идия, потому что он делал всё правильно и не давал ей повода отправлять его в стоячую ванну.
Целую неделю уже Идий томится в ванной комнате. Каждый день он ходит туда и проводит там целые ночи и большую часть дня и вечера. По собственным нуждам он имеет всего лишь три с половиной часа в день, потому что вынужден ещё и мыться и это тоже отнимает немало времени. Теперь его всегда приглашают в ванны не в семь вечера, как раньше, а в пять.