...
Алик и Галя некоторое время не разговаривали друг с другом. Алику становилось дурно даже от мысли, что каша, которая сейчас в миске, очень скоро окажется у него в желудке. А её было так много... Алик смотрел на эту миску, до краёв наложенную кашей, и невольно вспоминал тот момент, когда перед ним стояла маленькая неглубокая тарелка с небольшим количеством каши. И думал он, что если тогда сразу съел бы эту кашу, то теперь ему не пришлось бы так мучиться...а ведь в прошлый раз ему дали буквально пару ложки. Алик мысленно сравнивал количество каши, которое принесла Галя и то, что ему дала другая воспитательница в столовой, и понимал: Галя принесла почти десять таких маленьких порций в одной громадной миске. И он понять не мог, почему же воспитатели в этом лагере так издеваются над ним? Словно это не лагерь, а Дом пыток какой-то.
Алик пока стоял, вспоминал тот момент, когда они со всей группой только приехали и зашли в белую комнату. Как их потом заставили переодеться и непослушных избивали. Ему хотелось знать, какая же участь ждала тех, кто остался в джинсах и тех, кто полностью переоделся? Били ли их так же, как его и троих ребят из его группы? Алик был уверен, что тех, кто остался в джинсах, тоже били, а остальных, может, и нет. Алик хотел узнать точно, как было всё на самом деле. Но он, почему-то, решил, что Галя не сможет ответить на все его вопросы, но решил спросить:
- Галь, а можно узнать...
- Ой! Да что ты так кричишь? - сказала Галя, внезапно подняв голову. Алик тогда только понял, что всё это время, пока они молчали, она спала.
- Можно спросить? - сказал он, сделав несколько грустное выражение лица. Он словно сожалел, что разбудил её.
- Да говори уже! Что разрешение спрашиваешь, словное запрет был спрашивать.
Галя была несколько не довольна, но не потому, что Алик разбудил её. Она просто не любила, когда тянут время, если хотят что-то сказать или спросить. А так быстро засыпала Галя потому, что сегодня не выспалась, ей пришлось рано встать.
- А ты знаешь, что стала с теми мальчиками и девочками, которые приехали вместе со мной в этот лагерь?
- А ничего не стало! Что с ними может стать? - ответила Галя, делая вид, что не понимает, о чём именно спрашивает Алик. - Все живы, здоровы! У себя в номерах.
- Их тоже били?
- Непослушных наказали. И вообще, что ты об этом у меня спрашиваешь. Откуда я это должна знать? Тем более, что я дома весь день сижу. Даже погулять не выходила.
- Ну, мало ли... - протянул Алик, думая: "я так и знал, что зря спрошу!"
- Извини, малыш, сплетни ещё не дошли до меня! Но точно могу сказать, что их отправили по номерам. Кого-то в отдельный, как тебя, а кого-то в общий.
- Повезло кому-то... - пробурчал Алик грустным голосом.
- Ага, и тебе повезло бы и мне, если слушался бы.
- Да я не виноват вовсе был. Ни за что побили просто!
- Ну-ну...
- Не нукай, терпеть этого не могу, - возмущался Алик. - Я правду говорю. Почему ты не веришь? Я же рассказывал уже.
- То, что ты переодеться отказался? Ну, переоделся бы. Что тут такого страшного? Тебе же дали одежду, которая всем тут положена.
- И почему ты не даёшь мне штаны? - спросил Алик, словно забывая, что его ноги до сих пор находятся в той дырке, и в таком положении штаны ему уж точно не нужны. Но ему просто хотелось, чтобы они у него были. Без штанов он чувствовал себя голым.
- Это потому что ты наказан пока ещё. Вот сделаешь всё, что от тебя требуется, дадим штаны. Вернее, сделаешь ты всё, что я тебе скажу, я дам тебе.
- Слушай, это ты что, специально меня держишь тут так? И сама нарочно не даёшь штаны? - спросил Алик, возмущённым недовольным голосом. Ему вдруг стало очень обидно и грустно слышать от неё такие слова. Ведь он думал, что Галя просто типа служащей тут, и ничего не может сделать без указаний. А теперь услышал такое... впрочем, он ещё в этом не удостоверился.
- Не положено, пока время не придёт, - объяснила Галя.
- Когда придёт? Ты что издеваешься?
- Когда съешь кашу! Кстати, думаю, она уже остыла. Пойду, гляну.
Галя тут же встала со стула и направилась к столу. Когда она вернулась, в руках у неё была миска с кашей. Галя села рядом, взяла одну полную столовую ложку каши, да ещё и с горочкой, поднесла ему в рот и сказала:
- Давай, открывай рот.
Алик понюхал, и с отвращением повернул голову в сторону. Галя же опять поднесла ложку с кашей к его рту со словами:
- Давай-давай, бери в рот и глотай! Всё равно никуда от этого не денешься!
Алика пробрала дрожь от этих слов Гали, и он всё же открыл рот. Он некоторое время не мог проглотить то, что у него во рту, так и стоял с полным ртом кашей. А Галя его торопила:
- Ну и чего стоишь? Глотай поскорее, легче будет.
Алик, наконец-то, проглотил кашу. И сказал:
- Не торопи. И не надо столько давать сразу. Ещё же разжевать надо.
- Жевать? Нет! Это же каша, её не жуют. Глотай и всё.
- Не могу...
Галя опять взяла в ложку кашу с горочкой и поднесла ему ко рту: