- Проходи.
И она сама открыла дверь шире и освободила ему проход. Идий был в восторге от этого, улыбнулся и тут же вошёл. Анжела стояла и смотрела, как он снимает с себя куртку и обувь. Идия этого немного смущало, он, почему-то, спешил.
Идий и Анжела прошли в зал, он сразу же огляделся и сделал вывод, что живут они очень даже неплохо. Посередине стоял сервант, наполненный разнообразной посудой; рядом с ним - большой шкаф, красиво оформленный зеркалами. В зале так же стоял журнальный столик из прозрачного стекла и металлическими ножками, а рядом широкий угловой диван серо-голубого цвета. Всё было красиво и радовало глаз.
Его очень заинтересовал вопрос:
- А ты сейчас одна?
- Да, - ответила Анжела, и они оба сели на диван.
Идий улыбнулся, и Анжела, заметив это, спросила:
- Что такое?
- Ничего, просто...
- Что просто?
- Значит, нам никто не помешает, - сказал Идий и удивился своей смелости. Он попытался насильно поцеловать её, крепко обняв и не давая пошевелиться.
- Ты что себе позволяешь? Выгоню сейчас! - крикнула она, отворачиваясь от него и не давая поцеловать себя.
- Я не уйду! - сказал ей Идий и смеялся, сейчас он чувствовал некоторую власть над ней и был доволен этим. Особенно его радовала эта ситуация, когда он вспоминал свой сегодняшний сон.
Идий продолжал держать её, но уже не пытался поцеловать: это было просто невозможно, она слишком активно старалась вырваться из его объятия.
Прошло около трёх минут, Идий не отпускал её. Он, наоборот, прижал её к себе покрепче.
- Что ты задумал? - спросила она, когда он уложил её и сжал ноги у себя между ног. Анжела уже не могла шевелиться.
- Хочу полежать с тобой, - сказал он с довольной улыбкой. Идий ещё и сам не решил, что он дальше собирается делать. Он уже не планировал её насиловать, хотя, лёжа с ней рядом, очень хотел её...
Идий сейчас уже не думал и о том, что собирался её похитить. Он даже сам не понял, когда передумал это делать.
- Отпусти! - сказала она, ещё немного полежав с ним рядом. Он всё так же крепко прижимал её к себе, а у неё уже не оставалось сил сопротивляться.
- Не хочу, - сказал Идий и поцеловал её в щечку. - Никуда никогда не хочу тебя от себя отпускать.
- Да ты больной, - сказала Анжела, посмотрев на Идия. Но она сразу же отвернулась от него, боясь, что он опять попытается поцеловать её в губы.
- Не говори так. Так говорят только в фильмах.
Анжела молчала, Идий продолжил говорить:
- Ты просто обижена на меня.
- Отпусти же! - опять крикнула она, стараясь вырваться.
- Я же сказал, что не отпущу. Поцелуй меня, - велел он ей, но она не собиралась подчиняться ему, наоборот, ещё больше отвернулась.
Идий одной рукой попытался расстегнуть ей блузку, а другой держал её руки, чтобы она не мешала ему.
- Значит, для этого ты вчера меня звал? И нет никакого дневника? - обиженно спросила Анжела.
- Дневник есть, если хочешь, дам! - сказал Идий. Он, почему-то, сразу не хотел признаваться, что специально придумал историю с дневником, чтобы остаться с ней наедине.
- Дай, - сказала она в надежде, что он отпустит её. Хотя Анжела прекрасно понимала, что этого не произойдёт.
- Поцелуй меня, - сказал он вновь, словно это было условием перед выполнением её просьбы.
- Не хочу. Я не люблю тебя.
- А я люблю тебя, - сказал он, пытаясь обнажить её грудь.
- Не делай так. Хватит! - закричала Анжела
- Ты не можешь сопротивляться, - напомнил ей Идий. Он целовал её за шею и щеки, хотел снять с неё блузку, но ему удалось лишь расстегнуть её. Идий боялся, что она вырвется из его рук, если он попытается совсем раздеть её. А он так хотел это сделать...
- Ты хочешь изнасиловать меня?
- Хочу, - признался Идий с ехидной улыбкой, только Анжела не видела этого, она уткнулась носом на спинку дивана. - А ещё больше я хочу, чтобы ты сама согласилась быть со мной.
Анжела не спешила говорить нет, и вообще решила помолчать немного и послушать его. Идий продолжать ласкать её груди, принюхивался к её волосам, снял с головы резинку.
Идий врал, когда сказал, что больше всего он хочет, чтобы она согласилась быть с ним. На самом деле, ему даже было интереснее изнасиловать её, как-то более приятно, хотя и неудобно. Только одно его останавливало: он боялся это сделать. Идию было страшно даже думать о последствиях, он ужасно боялся оказаться в тюрьме... Одно его успокаивало: ему ещё нет восемнадцати лет, и его ждёт менее суровое наказание за преступление. И он ещё думал, может, всё-таки, решиться на это?
- Я же не многого прошу, - сказал Идий, стараясь не думать сейчас о борьбе между желанием и страхом, - поцелуй меня.