- Да, конечно помню, Идий. Ты сказал, что это был сон. Теперь ты думаешь, что сейчас спишь?
- Нет! Ты что! Конечно же, я сейчас не сплю.
- Почему ты так думаешь, разве тебе не кажется всё это странным? Я и то, что я делаю с тобой.
- То, что ты делаешь подло, это преступление, тебя накажут за это. Я не буду молчать, если останусь жив, - сказал Идий, почему-то, даже не боясь угрожать Диру.
- Нет, не накажут.
- Накажут, вот увидишь. Но я не сплю сейчас. Почему ты хочешь, чтобы я засомневался в этом?
- Не хочу.
- Тогда я спал. Я же мог ходить... ты что-то сделал со мной? Я ненавижу тебя..
- Ты будешь ходить, но только тогда, когда я разрешу тебе.
- Почему я не чувствую боли?
- Я так сделал.
- Как?
- Воткнул иглу в особую мышцу, которая заблокировала боль. Она болела у тебя и передавала боль на остальные участки тела.
- Да, когда ты вынул иглу, было очень больно.
- Нельзя этого делать, так можно и умереть от боли.
- И что, теперь мне всю жизнь придётся ходить с иглой в мизинце?
Дир засмеялся, услышав этот вопрос.
- Нет, конечно. Это было бы абсурдным. Можно вынуть, но перед этим я буду должен кое-что сделать.
- Что? Сделай, - тут же сказал Идий. Он так хотел ходить, что уже готов был на всё. И даже верить стал словам Дира, хоть и не доверял ему, и боялся. Дир теперь стал его последней надеждой на выздоровление.
- Я думаю, что ты испугаешься, если я начну это делать.
- А я буду ходить потом? - спросил Идий, и с трепетом в душе ожидал ответа.
- Да, конечно.
- Тогда делай.
- А ты обещаешь, что не будешь убегать от меня и пройдешься со мной по улицам. Я должен ещё многое тебе показать и рассказать.
- Обещаю, - сказал Идий, понимая, что другого выхода у него не, кроме как согласиться.
Дир опять открыл выдвижной ящик стола и на этот раз вынул оттуда прямоугольную коробку, напоминающую шкатулку. Она как сейф, закрывалась на ключ. Идию было интересно наблюдать Диром.
Дир открыл ящик и вынул оттуда следующие предметы: медицинские плоскозубцы, многочисленные иглы разных размеров, три длинных иглы, толщиною напоминающие вязальные, но гораздо длиннее, одну круглую серьгу, очень похожую на золотую.
- Что ты собрался со всем этим делать? - спросил Идий.
- Ты только не пугайся и не кричи, а то у меня уже голова начинает болеть от твоих криков.
- Скажи.
- Это для тебя, наденешь его, - сказал Дир, держа в руках серьгу. - А всё остальное - это инструменты, которыми я буду лечить тебя, ставить на ноги.
- Ты собрался делать мне дырку в ушах? - с возмущением спросил Идий.
- Да, это обязательно. Я не хочу, чтобы ты сбежал.
- Даже не вздумай, слышишь?
- Сделаю. Так надо.
- Зачем?! Я не хочу.
- Зато я хочу. А зачем, я уже объяснил.
- Я же обещал, что не убегу. Разве ты мне не веришь?
- Никому нельзя верить. А может, ты решишь передумать, откуда мне знать. И потом, я же не смогу всё время ходить рядом, а я хочу быть всегда в курсе, где ты находишься.
- В них камера, да? - спросил Идий, уже заранее уверенный в ответе Дира.
- Да и прослушивающее устройство.
- Не надейся, что я буду носить это.
- А куда ты денешься? - спросил Дир с сарказмом. - Ты не сможешь их снять. Они особенные, и открываются только ключом.
Идий сморщил брови, но ничего не стал говорить. Попытался шевельнуться, и по-прежнему не мог. Дир продолжил говорить:
- Надеюсь, ты не станешь вырывать их вместе с ухом?
- Стану, если потребуется.
- Не советую. Но я и об этом позабочусь заранее: сделаю дырку подальше от края мочки.
Дир сказал это, и тут же встал, взяв плоскозубцы и специальную иглу, чтобы продырявить ему ухо.
- Ау! - закричал Идий, когда Дир начал это делать. - Почему мне больно?
- Потому что у тебя пропала чувствительность не на всех участках тела.
- Ты же умеешь делать это без боли. Сделай так, чтоб не было больно.
Дир улыбнулся.
- Нельзя продырявить ухо без боли, если не использовать обезболивающее средство. Но я думаю, оно тебе не нужно.
- Нужно! - тут же сказал Идий. - А! Больно же, тише...
- Я думаю, ты не умрёшь от боли. Это не так-то уж и страшно. Даже детям без обезболивающей делают дырки.
Идий тяжело вздохнул, но возразить не смог. Самый болезненный момент в этой процедуре оказался тот, когда Дир вставлял серьгу.
- Ай-ай! Полегче! - кричал Идий. - Эй, хватит, оставь, не хочу...
- Надо! Терпи.
Глава 44. Иглоукалывание