Личный приём
16+
Внимание! Текст может содержать сцены курения, упоминания чрезмерного употребления спиртных напитков, сомнительные научные открытия, исторические неточности и другие проявления авторской фантазии.
Рекомендуется для лиц старше 16 лет. Желательно — значительно старше 61 года
***
Сегодня в нашем здании многолюдно. Личный приём у начальства. Ранняя весна, скоро выборы, поэтому активность населения заметно возросла.
С обращениями граждан у нас заведено так: градоначальник лично заслушивает ходатая и обещает разобраться, а многоопытный секретарь тут же определяет исполнителя и сроки. Схема отработана годами, поэтому на приём одного посетителя уходит пара-тройка минут. А дальше незримая бюрократическая машина приходит в движение.
Как ни прекрасен этот мир, особенно весной, проблем у людей хватает. И это понятно - даже нашему цветущему хозяйству далеко до совершенства. Проблемы житейские, всем знакомые: квартиру получить, в детсад записаться, спортплощадку построить, дорогу залатать. Обычные дела, обычные люди.
Но случаются среди посетителей и весьма колоритные личности. Мягко говоря. Вот их - по давно сложившейся традиции - направляют ко мне. На «уточнение вопроса», так сказать.
Вот так ко мне сегодня «отфутболили» этого странного гражданина. Несмотря на довольно прохладную погоду, он был очень легко одет: потрепанный светло-коричневый костюм- «тройка», потемневшая от старости некогда белая сорочка с франтоватым галстуком-бантом жёлтого цвета. Обувь - истерзанные сандалии на босу ногу.
Мужчина с благородными чертами лица имел пышную шевелюру чуть тронутую сединой и напомнил мне одного художника, что бегал в городском саду за девушками с предложением принять участие в пленере.
Войдя в кабинет, он быстрыми шагами подошел к моему столу и положил на него стопку рукописных листов. Думаю, пачки полторы бумаги формата А4.
Посетитель оглядел кабинет, неопределенно хмыкнул и грациозно присел на стул, закинув ногу на ногу. Мне показалось, что его совершенно не заботило, что принятая им поза была явно невыигрышна - без того короткие брючины задрались вверх и обнажили худые лодыжки с густой растительностью.
— Здравствуйте! Мне отрекомендовали вас как грамотного специалиста. Вот! Полюбуйтесь! — он придвинул ещё ближе ко мне своё подношение с ликующим видом.
— Добрый день! Что это? — спросил я, мельком взглянув на удивительно ровно расположенные строчки и мизерные интервалы между ними. Текст был написан убористым, почти нечитаемым почерком. Обычно так пишут нам свои кляузы хронические жалобщики. Я с тоской оценил безрадостную перспективу прочесть хотя бы на раз этот труд. Уйдёт на это остаток пятницы и суббота. Нет, ещё и полвоскресенья. Если не спать.
— Вы не представляете, как вам повезло?! Ведь я мог обратиться в частную организацию! — мужчина порывисто встал и заходил по кабинету.
— Вы думаете? — с трудом сдерживая горечь от жалости к себе, спросил я. Пропали очередные выходные.
— Несомненно! — воскликнул визитёр и, подскочив к столу, навис надо мной.
— Так что же это?
— Это Конституция мира!
— Конституция мира?
— Ну да! Или иначе — Основной закон планеты Земля!
— Земля, — словно эхо вырвалось у меня из груди. Я полез в карман за корвалолом.
— Да, но это только преамбула к ней! — он небрежно похлопал ладонью по большой стопке бумаги. — Вы только представьте себе: сколько лет человечеству, а ведь никто до меня не додумался написать для всех нас Конституцию Земли!
Он внезапно смолк и с горделивым видом посмотрел на меня.
— Но это ещё не всё!
— Не всё...
— Да, это ещё не всё! Я параллельно работаю над созданием Конституции Вселенной. Но об этом я вас прошу никому пока не говорить, — на последних словах он понизил голос до шёпота и с заговорщицким видом склонился надо мной.
Пока я приходил в себя от услышанного, мой гость совершенно по хозяйски достал из шкафа две чайные пары и принялся в них наливать кипяток из кулера.
— Не возражаете? — словно спохватившись, осведомился он у меня.
— Нет, нет... располагайтесь!
В дверь заглянула секретарша и окинув нас любопытствующим взглядом, понимающе заулыбалась и тут же скрылась за дверью.
— Сахар? — гость пододвинул белую вазочку.
— Нет, спасибо! Так вы говорите Конституция...
— ...мира.
— Мира.