Зато когда «маг» начал голосить, устроил истерику, наваждение спало, и Лета поспешила выполнить то, что ей поручили. Ханар был прав, все внимание возможных свидетелей было обращено в противоположную от девушки сторону.
Печатей оказалось несколько. Лета, торопясь исправить их все, на происходящие у жертвенных камней, внимания почти не обращала, только раздраженно шипела, на особенно визгливые выкрики:
- Блин!! Он же переигрывает!!
Первые лучи солнца показались из-за горизонта, когда Лета перебежала к последней печати. Уже привычно нашла нужный знак в сплетении штрихов, вздохнула, выдохнула, успокоилась, уняла мелкую нервную дрожь в пальцах. Воткнула палочку в руну, провела глубокую борозду.
В тот момент, когда рука Верховного жреца Хаоса с зажатым в ней ножом, заскользила вниз, Лета как раз закончила последний штрих, вскочила на ноги и помчалась, как и было велено, подальше от Места веры.
На бегу не выдержала, обернулась. Нож пронзил грудь, и одновременно с тем солнце полностью вынырнуло из-за леса, сделав кровь, хлынувшую из раны, ещё более красной.
Ноги Леты приросли к земле, а за тем едва не понесли свою владелицу обратно. Усилием воли девушка отвернулась от жуткой картины, и заставила себя сделать несколько шагов проч. Ханар сказал, что все будет хорошо, и его словам Лета все больше и больше доверяла.
Она бежала, как давно не бегала, радуясь, что не устаёт, что дыхание её осталось столь же ровным. Посчитав, что уже достаточно ударилась, Лета обернулась. В просвете между стволов берез разобрать, что твориться у жертвенников было практически не возможно. Девушка закрутила головой в поисках, куда бы забраться, что бы все увидеть, выбрала наиболее высокое и ветвистое дерево, но влезть на него не успела. Голова закружилась, в глазах потемнело, а земля вдруг вывернулась из-под ног… Лета потеряла сознание.
Лета вбежала в квартиру и хлопнула входной дверью. Точнее попыталась, потому что следом влетел Денис, и дверь вместо косяка врезалась в шкаф, стоящий в прихожей.
- Мы еще не закончили! – парень схватил девушку за руку и развернул к себе лицом.
Глаза его пылали гневов. Он схватил длинную ярко красную прядь, сунул девушке под нос.
- Что это?
Лета высвободила свои волосы из длинных пальцев, и попыталась уйти. Она была зла не меньше.
- Зачем ты в таком виде, пришла на ужин с моими родителями? Эти твои волосы, и пирсинг!!! Ведь я просил, одеться скромнее.
- Если мне не изменяет память, тебе я понравилась именно такой! – Лета начала терять терпение, – В пирсинге, на десятисантиметровой подошве и в мини юбке...
- Мне ты всякой нравишься, – слегка снизил тон парень, – но мама...
- Твоей маме я не нравлюсь в любом виде, – процедила Лета сквозь зубы, еле сдерживая рвущиеся наружу ругательства, – Она невзлюбила меня с первой встречи! А ведь тогда я сняла все украшения, прическу сделала, и оделась в строгий костюм. Как на похороны, честно слово! Но твоя мать выглядела так, словно от меня тухлятиной несёт...
- У неё просто характер такой, – заступился за свою маму Денис, – со всеми так. Мы же почти год вместе, могла бы уже привыкнуть.
– Вот именно. А она никак не смирится. Я еще могу стерпеть, когда Зинаида Карловна называет меня недалекой, – все больше закипала Лета.
- Ви… – попытался возразить парень, но не был услышан.
- А мою профессию – бумагомарательство! И ничего, что я на это пять лет угробила! С красным дипломом закончила! И зачем? Что бы перед родственниками будущего мужа, стыдно не было за отсутствие образования!
- Ви…, – очередная не удачная попытка прервать девушку, которую уже понесло.
- Но моих друзей я трогать не позволю! Твоя мать назвала их неудачниками и моральными уродами!
- Ви! Ты утрируешь! Она не так сказала!
- Но суть от более вежливой формулировки не поменялась! Я устала притворяться не собой!
- Ви, она, правда, не имела ничего такого... Ну, такой не простой человек! Но она же добра нам желает!
- Добра! Да она в принце никому добра желать не может! Ну, кроме Лизочки! Весь ужин лишь Лизочка то, Лизочка се, Лизочка все! Ах, Лизонька умница! Ах, Лизоветочка красавица! – Лета попыталась спародировать сладкие речи Зинаиды Карловны, – А пирожки какие печет! Папа опять же человек не бедный! На работу взял бы зятя, если бы я не случилась рядом!
- Виолета!!!
Денис, наконец, отпустил ее руку, но не просто, а зло отбросив.
- Не смей меня называть этим дурацким именем! Я его ненавижу! Или хочешь сказать, я не права?
- Я вижу конструктивного разговора у нас сейчас не получиться, – тоже окончательно выходя из себя, заорал в ответ парень. – Тогда поговорим, когда остынешь!
Денис выскочил за порог, дверь оглушительно грохнула об косяк. Лета выбежала следом, перегнулась через перила, закричала, пугая эхо в подъезде.
- И не смей возвращаться, придурок!
- Истиричка, – прилетело в ответ, ударяясь о бетонные стены.
- Сам истеричка! Муууудак! Дебиииил...
====== Глава 17. ======
В какой-то момент Лета поняла, что не спит, но глаза открывать не спешила. Отдельные картинки слишком реального сна, мелькали в мыслях, не хотели отпускать. Казалось, все внутренности сплелись в тугой комок нервов.
- Придурок, – сквозь зубы выдохнула Лета, пытаясь успокоиться.
- Это надеюсь не мне? – раздался откуда-то с боку хриплый голос Ханара.
- Нет, что ты! – поспешно заверила Лета, распахнула глаза и тут же сощурилась.
Спала она вроде не долго, если судить по положению солнца в небе, лучи, которого пробивались тонкими иглами, сквозь зеленное кружево листвы. Немного привыкнув к яркому свету, Лета отыскала мага взглядом. Тот сидел, облокотившись на ствол дерева, а на коленях чародея лежала уже знакомая девушке черная тетрадь с заклинаниями «Изгнания хаоса». Лицо его осунулось от усталость, вечная складка между бровями казалась глубже, а взгляд более хмурым.
- Выспалась? – тоном, далеким от дружелюбного, поинтересовался Ханар.
- Угу, – кивнула Лета и села, для удобства скрестив ноги, – А заодно поняла, почему про парня, то есть жениха, своего не сразу вспомнила: скорей всего, мы с ним опять поругались. Ссоры у нас случались не то что бы очень часто, зато, как говориться: редко, но метко. И каждый раз полный комплект: скандал с битьем посуды, крики на весь подъезд и гордый уход «навсегда» его или мой. Несколько дней после таких выяснений его не хотелось ни видеть, ни слышать. Ну, потом, конечно, мерились, столь же страстно, как и ругались...
Девушка вдруг замолчала, рассеяно глядя куда-то мимо Ханара.
- Вставать не планируешь? – раздраженно поинтересовался маг, наблюдая, как спутница в задумчивости накручивала сорванную травинку на палец.
- Если честно, я бы еще посидела, – попыталась пошутить Лета.
Но Ханар уже стоял рядом, предупредительно протянув руку, предлагая помощь. Девушка вздохнула, и, ухватившись за широкую ладонь, практически мгновенно оказалась на ногах. Придирчиво оглядев себя, она принялась отряхивать подол платья и приглаживать растрепавшиеся волосы.
- Ты долго? Я устал и хочу прямо сейчас очутиться в кровати. И так едва не уснул, пока тебя дожидался.
Маг широко зевнул, прикрыв рот ладонью, и пошел в сторону дома Мирхея, на ходу разминая затекшую шею. Лета, глядя ему в след, не могла понять, зачем он вообще ее ждал. Хотя осознание, что ее не бросили в одиночестве, разливалось внутри мягким теплом. Догнав, мага шагов через пять, девушка пристроилась рядом.
Хотелось расспросить подробности битвы, вопросы буквально кружились на кончике языка, щекоча любопытство, но помятый вид мага не располагал к беседе. Лицо, которое за время поездки слегка загорело, вернуло изначальную бледность. Под глазами проступили темные круги, от чего сами глаза казались ещё чернее. Хмурился маг больше обычного, покусывал в задумчивости нижнюю губу, а ещё сутулился, что ему было не свойственно. В растрепанных волосах застрял кусочек коры, Лета сумела на ходу выпутать его из прически чародея, но Ханар такого вопиюще-непристойного посягательства на себя даже не заметил.