— Не может быть, что ты моложе меня лишь на год, — искренне удивился Ханар, прекратив растирать черноту под носом. — Я думал ты младше!
— А я думала, ты старше! — передразнила мага Лета. — Ведешь себя порой как старый зануда.
Маг вздохнул и принялся с удвоенной силой водить платком над губой, но чернила попались хорошие, и сходить с лица отказывались.
— А почему ты не колданешь на себя, как на мои рисунки, — полюбопытствовала Лета, — и они стекут тонкой струйкой?
— Потому что лицо у меня не из бумаги, — холодно ответил Ханар, — а на других материалах заклятье не работает.
— Ну, извини, — виновато пробормотала девушка.
Поняв, что чернила так просто не сдадутся, маг ушел в комнату, поискать какой-нибудь растворитель, среди своих запасов зелий. Ему повезло, и когда спустя полчаса вернулся хозяин дома, лицо мага было полностью чистым, хотя место над губой покраснело и слегка саднило.
Старик принёс свежего хлеба, две крынки молока, вторая была взята специально для гостей, плошку творога и полкольца колбасы.
Мирхей долго думал, чем накормить голодного гостя и его слугу, ведь обычно дед с внуком ужинал, тем же чем и завтракали, но завтрака сегодня как такового не было. Наконец, решил сделать рассыпчатой каши.
Слуга, выглядевший лучше, чем с утра, предложил свою помощь в приготовлении еды. Вместе, большей частью слуга, они сварили пшенку, заправив ее обжаренными кусочками лука и колбасы.
Маг опять читал.
Едва приготовился ужин вернулся Сой, который остервенело чесал красные пятна на руках.
— Опять кошку лечил, — вроде бы ни к кому не обращаясь, даже не подняв глаза от книги, поинтересовался Ханар.
Мальчишка испуганно замер.
Руки деда Мирхея, который только достал чугунок с кашей из печки задрожали, посудина выскользнула, но пола не достигла. Ассасин подхватил чугунок и, не замечая жара, отнес обратно в печь.
— Зачем же так нервничать, уважаемый, — спокойно сказал наемник старику, помогая тому сесть на лавку, и совсем не вежливо добавил, обращаясь к магу, — А вы, господин Наритан, не могли этот вопрос после ужина решить? Теперь вот голодными останемся.
— Это не он, господин маг! — вскрикнул старик, вскакивая на ноги.
— А кто тогда?
Черные глаза Ханара, которые тот поднял от книги, казалось, способны прожечь насквозь.
— Дед, молчи! — воскликнул Сой.
— Наверное — это внук старосты? — продолжил Ханар, внимательно глядя на парня
Мальчишка растерял весь задор, смертельно побледнел. Старик опять опустился на скамью. А Лета вдруг вспомнила, что так и не рассказала магу о своих подозрениях.
— Ханар, я думаю, что у старосты внучка, — тихо в самое ухо проговорила девушка, — В смысле, они зачем-то сказали, что это мальчик, а это девочка.
Чародей быстро сопоставил полученные факты, принялся, вроде как размышляя вслух:
— А если предположить, что у старосты не внук, а внучка, то сразу становиться ясно, кто центр Черного проклятья. Девочка тянет для деревни светлую магию, создает благоприятные условия для жизни и здоровья. Поэтому-то ее и прячут, выдают за мальчика, что бы проверка из Школы магии не забрала. А мальчишка работает магическим громоотводом. Дар его на столь мал, что практически не распознается, пока девочка не начинает стравливать излишек черной энергии, который он затем преобразует в различные пакости для соседних деревень, и оттуда бегут люди, — маг взглянул на одинаково бледных внука и деда, — В какой-то момент «громоотвод» перестал справляться, и черная энергия потекла рекой, привлекая различных тварей. И вот маленькая магичка и глупый юный маг пытаются хотя бы защититься.
И вдруг рявкнул, прямо взглянув на замерших внука и деда:
— Мне дальше продолжать или сами расскажите? Или может мне пойти с этими вопросами к старосте? Уверен, он сделает вид, что ничего не знал, схватиться за голову и поступит так, как велит закон: вызовет судью из Совета магов. И тогда вся вина ляжет на двух детей, а еще наверняка на глупого старика, который их прикрывал.
Ханар нависал коршуном, Сой сидел насупившись, уставившись в пол, а его дед мелко дрожал. Маг ждал, хоть какой-нибудь реакции, но оба молчали.
— Может, расскажите, что на самом деле тут твориться? — чуть смягчил напор чародей. — И объясните, почему у внучки старосты, такая сильная привязка с призраком, что каждую ночь навещает вашу деревню. Вам еще не надоело бояться и прятаться?
Молчание было ему ответом.
— Вы поймите, — вздохнул Ханар, совсем выходя из роли строго судьи, — Времени остается все меньше, если сейчас не решить эту проблему, она решиться сама, и от вашей деревни даже воспоминаний не останется.
— Хорошо, я расскажу, — медленно, точно не уверенный до конца, проговорил старик, стиснул морщинистые руки и твердо взглянул на мага.
— Деда! — возмутился мальчишка.
— Только обещайте, — не обратив внимания на внука, продолжил Мирхей, — что с детьми ничего не случиться.
— Постараюсь, что бы не случилось, — ответил на это маг.
— Ладно, — поняв, что большего не дождется, проговорил старик, — Тогда слушайте…
Глава 14
Дед Мирхей помолчал, собираясь с мыслями, еще раз обвел всех присутствующих взглядом, и, убедившись, что его готовы слушать, начал:
— Ваши предположения, господин маг, в большинстве своем верны. Но чтобы действительно понять, как мы дошли до жизни такой, я рассказ свой начну задолго до дня сегодняшнего, а именно сразу после завершения воины с тварями Хаоса и закрытия мира. И лучше вам быть готовым, что рассказ мой будет длинным…
Глаза деда подернулись дымкой, точно он пытался заглянуть в то время, о котором собирался вести речь.
***
…Хаос захватывал миры один за другим. Ходили слухи, что наш мир станет следующим, но в реальность угрозы никто не верил. Лишь когда иномиряне принялись спешно покидали мир Са, а маги стали усиленно готовиться к войне, даже у самых упрямых открылись глаза.
В городах и крепостях, что располагались на дорогах, ведущих вглубь гор, появились боевые отряды, включавшие не только опытных воинов и хорошо обученных магов, но их учеников, наемников и простых, на скорую руку обученных военному делу, ополченцев. Совет магов поднял все резервы. Даже те чародеи, что никогда не покидали пыльных библиотек, и не учувствовали в боевых действиях, были мобилизованы.
Главной задачей таких отрядов было не пропустить монстров, что первыми хлынули бы сквозь прорехи мировой ткани, туда, где, в условиях строжайшей секретности, Высшие маги пытались спасти мир Са. Непосредственно над местом колдовства стояли мощные магические щиты и скобы, что стягивали мироздание, но дальше защита слабела, и незваные гости могли прорваться по земле.
В те времена, недалеко от деревни Малая кость, стоял небольшой город-крепость Токам. Он запирал проход в горах, по которому можно было быстро добраться, в основном пешим ходом, до Перекрестья, минуя оживленные торговые пути.
Не удивительно, что и здесь разместился отряд: три сотни воинов, под командованием опытного командира, четыре боевых магов, маг-лекарь с двумя учениками, и маг-теоретик в должности — Хранитель знаний, который сам не понимал, зачем он здесь. В усиление отряда была дана сотня наемников, а так же ополчение, включавшее мужчин из ближайших деревень и горожан.
Мир замер на пороге воины. Забылись внутримировые и внутрирасовые распри. Страх надвигающейся беды плотнее и плотнее окутывал все вокруг.
Случалось, ловили шпионов Хаоса, которые притворялись простыми людьми. Им мог оказаться любой, например сосед по комнате в казарме, который болтал с тобой и вместе со всеми ржал глухим басом над твоими уже давно приевшимися шутками. А потом приходили несколько воинов, во главе с магом, который читал заклинание, и человек оборачивался кем-то чуждым, пытася загрызть бывших соседей. Все косились друг на друга с подозрением. Напряжение росло и копилось, буквально пропитывало собой воздух.