- Анна, ваш горячий шоколад! – позади раздался приятный голос бармена. Молодая женщина обернулась и, улыбнувшись парню за стойкой, взяла стакан с горячим напитком в руки.
Ребята-бармены уже давно ее запомнили, потому как кроме волшебного новогоднего напитка, и, между прочим, любимого напитка самого Эркюля Пуаро, она больше ничего не заказывала.
Поймав заинтересованный взгляд мужчины за соседним столиком, Анна улыбнулась про себя и, взглянув в очередной раз на стеклянное строение, вышла на заснеженную улицу.
Когда двери лифта открылись на пятом этаже, Анна тут же погрузилась в привычную среду: приятная мелодия звонка на ресепшен и не сильно расторопная, но красивая секретарша Света делала вид, что сильно занята, придавая важности своему нелегкому делу. Увидев начальницу, она тут же поздоровалась, улыбнулась и, наконец, сняла трубку.
«Что ж, даже секретарши имеют право на минутку важности», - подумалось Анне. – «В конце концов, если это итальянцы, то к разговору с ними нужно было каждый раз морально готовиться... и молиться.»
Анна шла по светлому коридору вперед в направлении своего кабинета, когда с испуганным взглядом из соседней двери на нее выскочила ее коллега Ирина. Симпатичная высокая молодая девушка из юридического отдела с пышным каштановым каре и зелеными глазами.
- Аня! Наконец-то ты пришла! – она взмахнула руками, и по ее движению Анна поняла, что случилось что-то неожиданное.
Она тут же стрельнула краем глаз в настенные часы в конце коридора, думая, что опоздала к началу рабочего дня, но нет. Циферблат показывал без пятнадцати десять утра.
- Привет! Что случилось? – поинтересовалась Анна.
- Баталья приехал!
Она мысленно поморщилась. Ее коллега как обычно неправильно произносила его фамилию – Батталья, что значило «битва». И тут же усмехнулась: мужчина был очень своеобразный в своей манере общения, и, как раз, тот случай, когда фамилия полностью соответствовала его обладателю.
- И?
- Что и! Антон с Катей должны были его встретить и обсудить договор. Катя заболела, а Антон не знает итальянский, - начала причитать она.
- Он может переговорить с ним на английском, - спокойно предложила Анна.
- Да, но ОН не хочет говорить на английском.
Анна сделала глубокий вдох и слегка закатила глаза. Утро еще не началось, а тут уже сплошные условия.
- Пожалуйста, ты можешь переговорить с ним и Антоном? – зеленые глаза Иры по кошачьи смотрели на нее и умоляли.
- Ты официально решила сделать меня послом доброй воли? – молодая женщина усмехнулась и сверкнула на нее глазами.
- Ну, пожалуйста, Ань! У тебя так хорошо получается с ними договариваться. Даже Андрей Михайлович постоянно об этом говорит.
«Знает, как умаслить…»
Кстати, об Андрее Михайловиче. Большая дверь в кабинет директора внезапно открылась, и наш генеральный показался на пороге собственной персоной. Высокий красивый статный мужчина примерно сорока лет в строгом костюме и при галстуке. Его ясный взгляд тут же выцепил Анну в пространстве.
- Анна, мне срочно нужна твоя помощь. – Он решительно приблизился к ним, - Переговори с Баттальей, иначе он тут все разнесет. Я его знаю. Остался бы сам, но у меня срочная встреча с партнерами в Башне. – Непроизвольно он приблизился к Анне, вглядываясь своим карими глазами в ее лицо.
Она согласно кивнула без лишних эмоций.
- Хорошо, Андрей Михайлович, - отозвалась Анна, и тут же почувствовала, как спало напряжение с плеч Иры.
Что ж, очередная пятница обещала две встречи вместо одной, и обе обещали быть адски горячими. Единственное, что радовало внутри, Анна знала, что вечером будет очень далеко от Москвы. А сейчас ей нужно было работать.
Босс смерил ее спокойным взглядом. Она улыбнулась ему в ответ. Он, конечно, был красивый мужчина, и многие женщины-коллеги засматривались на него, тайно вздыхая, но Анне он казался временами чересчур напористым. Хотя стоило отдать ему должное: он вел свой бизнес-корабль уверенно, и именно по этой причине его компания наращивала могущество семимильными шагами.
Анна открыла двери стеклянной переговорной, и ей в нос тут же ударил сильный аромат дорогого мужского парфюма и запах сигары.
- Buongiorno, Anna! Carissima! Ma da quanto tempo! Come stai! Sei bellissima! Mamma Mia![1]
Синьор Батталья ринулся с места в атаку, окружая ее бурным потоком слов. Будучи знойным южанином, а заодно и, очевидно, мафиози (слишком уж образ вычурных дорогих костюмов, галстуков и шляп прочно ассоциировался у Анны с итальянским криминалом, - и не понаслышке), он, словно, хищник направился ей навстречу.