Рядом с ней, не скрывая своего громкого восторга, старый маг продолжал увлеченно наслаждаться своей порцией десерта, как будто специально не замечая происходящего вокруг.
Но Анна не могла заставить себя вернуться к еде…
Она увидела, как один за другим, вейары небрежным жестом руки или движением головы отказывались от десерта, даже не глядя на разносчиков. Тут же Анна почувствовала холод, пробежавший по спине и неприятное напряжение в теле. Переведя взгляд на королевский стол именно в этот момент, она увидела, как Повелитель едва заметным движением головы отказался от своей порции, продолжая вести диалог с Дондолионом, последовавшим примеру владыки. Что уж говорить об Аменрадэль, сидевшей рядом с Рейниром и других вейньярах – все они также проигнорировали десерт.
Анна замершим взглядом медленно скользнула в противоположную сторону и увидела, что Туйлиндэ, как и ее собеседница также сидела без десерта.
Во всем зале десерт был только у нее и Долгура. И в этот момент Анна поняла и тот странный взгляд Туйлиндэ днем, и пронизывающий – Ирнисс. Они не хотели ее помощи. Ее помощь была крайне нежелательна. Она испортила их дорогой десерт. Кто-то сообщил всем остальным, что она была на кухне и чистила яблоки.
Анна забылась и невольно взглянула на Туйлиндэ пустым взглядом, вейньяра моментально поймала его. На ее губах отразилась слегка виноватая улыбка, и она тут же перевела взгляд на свою собеседницу. Анна автоматически едва улыбнулась ей в ответ и уставилась в свой десерт.
Ей хотелось одновременно взорваться от ярости и разреветься. Все тело жгло от переполнявшх ее эмоций. Волна ледяного холода сменялась волной дикого жара, проходя по позвоночнику от шеи до кончиков пальцев на ногах. Анна чувствовала, что ее щеки горели, как и ее шея и плечи.
И все же она прекрасно понимала, что любое проявление эмоций с ее стороны будет воспринято только негативно. Но вместе с тем ее глубоко ранило, что все, абсолютно все вейары отказались от десерта, даже Туйлиндэ.
Вейньяра могла бы сказать ей более ясно, что Анне не нужно было приходить на кухни, и она бы ее поняла, но в своем желании помочь не смогла увидеть настоящее значение растерянных взглядов ее знакомой.
- Анна, не расстраивайся, - Долгур, конечно же, почувствовал раскаленное состояние чужеземки, но более говорить не рискнул, видя и так ее напряженное и горящее лицо. Женщина была на грани, сдерживая подступившие эмоции.
Старик нахмурился. Кто-то из поваров-вейр передал, что Анна помогала чистить арноэ, поэтому никто не захотел даже прикасаться к десерту…
«Глупые и напыщенные вейары!» - фыркнул старик про себя.
Анна медленно оторвала взгляд от хрустальной вазочки, спокойно положив рядом маленькую десертную ложку. В этот момент ее глаза встретились с уже знакомыми хищными зелеными за одним из столов. Синдар внимательно смотрел на женщину, его мужественное лицо было задумчиво и спокойно, лишь в уголках губ скрывалась едва заметная ухмылка, то появляясь, то снова исчезая.
- Ирнисс! – раздался вдруг его громкий приятный голос – Ты хотела накормить меня ужином, но я так и не получил свою долю десерта!
Анна вздрогнула, удивленно глядя на неожиданного смельчака. Казалось, все вейары замерли в ожидании.
Древняя вейньяра в центре зала сверкнула взглядом и едва улыбнулась красавцу-вейару.
- Синдар, кажется, длительная служба на границе заставила тебя скучать по сладкому, - раздался внезапно глубокий ироничный голос Повелителя. На его губах играла довольная ухмылка.
- Мой Повелитель, - Синдар поднялся со своего места, приложил крепкую ладонь к груди и уважительно склонился, - Не поверите, я всю дорогу до дворца мечтал об арноэ, и, хвала Веям, они меня услышали! – Ирония так и сквозила в каждой произнесенной им фразе, и даже Долгур не смог сдержать довольной ухмылки в бороду. Повелитель лишь сверкнул прозрачными голубыми глазами и едва хмыкнул.
Не прошло и минуты, как перед Синдаром оказался десерт, и довольный вейар с удовольствием принялся за его поглощение. Однако же никто более не последовал его примеру.
В задумчивости Анна еще раз взглянула на Повелителя и внезапно встретилась с его обжигающим холодным взглядом.
«Ноги моей больше не будет на королевских кухнях!» - было последнее, о чем думала Анна, направляясь в свои покои с гордо поднятой головой вместе со всеми, когда ужин официально завершился.