—А сколько вам лет?
—Кравеки это русская фамилия?
—Чем вы любите заниматься?
—Вы всегда такой красивый?
Последний вопрос был в новинку, с намеком на боевой окрас. Специальная штука с носа сползла сама, как только прошел отек. С синяком пришлось повозиться и обратиться за помощью к Алисе. Удивительно отзывчивая девушка приехала ранним утром через весь город только для того, чтобы привезти тональный крем.
Я вспомнил ее пышные формы, толстые намеки и мою реакцию на неё. И скривился. Секс с ней давно потерял любой оттенок удовольствия. И снова скривился вспомнив, когда я не смог поговорить с ней начистоту. Раньше я зажигался с одного вида.
Пришлось хотя бы самому себе признаться в том, что утром я еле возбудился.
Наконец в темных недрах ящика стола нашёлся нужный мне листок бумаги, после чего я поднялся и встал перед аудиторией скрестив руки.
—Не женат, 28 лет, фамилия и правда не русская, занимаюсь, девушка… -посмотрел прямо на ту которая интересовалась этим, —Как видно, я являюсь преподавателем вашего профильного предмета, который будет принимать у вас зачёты, экзамены, курсовые и все остальное. И соответственно только по знаниям и навыкам.
Я отвел взгляд и обошёл всех, останавливаясь на каждом по секунде, чтобы вняли моим словам. Поднимаясь все выше по партам, наткнулся на боевого парня с широченной спиной, за кем выглядывала чья-то темная макушка. Пришлось обратиться к ней громко, затем пришлось подождать почему-то пока та самая макушка вылезет из-за спины. Раздражение копилось. Пришлось воздержаться от комментариев, а потом замолчал, позабыв слова.
На меня смотрели глаза темного шоколада со смесью страха и ожидания. Того самого. Я частенько ловил этот взгляд за последнее время.
Девчонка, из-за кого я вынужден был постоянно возвращаться к неприятной для меня теме, которая не вылезала из моей головы последние две недели, из-за которой я оправдывался сначала перед коллегами, а потом и студентами, из-за кого я оброс толстым панцирем безразличия к стебу и чёрному юмору друзей оказывается моей студенткой? Ну я ей покажу, как можно пренебрегать светофорами.
Захотелось узнать ее имя.
Какие же противоречивые желания!
-... вы не ответили, Сергей Юрьевич, -чей-то вопрос дал понять, насколько глубоко я отвлекся от работы. Надо же как бывает.
Но я же не мог напрямую спросить ее об этом, когда недавно сделал объявление, что познакомимся постепенно.
Или мог?
Я же могу спросить имя студентки, которая задержала группу?
—Если вопросов больше нет, проведём перекличку.
Почему то не смог обратиться лично к ней.
—Но вы же…
—Я прекрасно помню, что я говорил. Начнём с вас, студентка?
—Анастасия Ястребова или просто Ася, -ответила та самая, кто первая отважилась на вопрос. Она глубоко вздохнула, взмахнула ресницами. В идеале для умелой развратной соблазнительницы не хватало облизывание или прикусывание губ. Я бы повелся, будь мне лет двадцать. А то и меньше.
Я ухмыльнулся своим мыслям. Слишком много я потратил сил, времени, нервов, бессонных ночей, слишком много потерял - друзей, семью, любовь. Чтобы соблазниться и получить… Секс?
—Знакомая фамилия, Анастасия, только откуда?
—Мой отец полковник полиции Андрей Ястребов, -с гордостью сообщила важную для всех информацию.
Далее я прошёлся по списку, пока нежный голос с невозмутимым видом не назвал нужное мне имя. Все оставшееся время Таня пряталась за той же спиной и не хотела ловить мой взгляд. Съем что ли, глупышка?
В этом году группа набралась довольно сильная. Многие отвечали полными предложениями, а малая часть только понимала и не могла собрать мысли в слова. Что тоже неплохо.
Пару раз приходили сообщения в телефон, но я не читал, прекрасно зная кто это и что. Ещё утром вопрос Алисы остался висеть в воздухе: «Что-то не так? Все же было хорошо».
Сначала и правда все было хорошо. Мы встретились с ней в кафе возле института, где частенько вместе обедали, душевно поговорили, после чего я засмотрелся на загорелое и посвежевшее лицо и понял, что скучал. Но чувство это потом оказалось не в плане любви, постели и тепла, а простых разговоров.