Не могу оторвать взгляда от небольших девичьих грудей, которые взволнованно качаются в такт дыханию грудной клетки.
Девушка дрожит у меня в руках и я не понимаю, от чего. От чего бежала или от моего вида. Уверен, все эмоции были написаны на лице.
Становится почти больно в узких штанах. Хочется освободиться от мешающей ткани, разорвать майку и впиться в сочные манящие полушария, зацепить сосок между зубами и почувствовать языком его твердость.
Таня тоже цепенеет. Я все таки поднял взгляд выше и напоролся на ответный безумный взгляд. К счастью, или нет, девушка отмирает первой и срывается в бегство. Очередной за день.
Я не проронил ни слова, но понимаю, что планы должен поменять. С таким бугром в штанах не дойдешь и до парковки.
Я нахожу Алису в ее же кабинете, по дороге радуясь, что давно прозвенел учебный звонок, закрываю дверь на замок и жадно набрасываюсь на красные губы. Я слышу ее довольные стоны, чувствую ее руки на ремне, вновь принимаюсь удовлетворять сначала девушку. Потому что так надо. Потому что так любовник кажется лучше. И понимаю, что собственная разрядка не даёт успокоения.
Смотрю на голое тело распластанной девушки на ее собственном рабочем столе, жду необходимых минут, якобы отдышаться и вновь срываюсь в погоню за одним единственным желанием. Хочу испытать той жары, что возбудила.
Алиса закатывает глаза в экстазе, а я получаю только комплимент.
—Ты такой горячий. Я не помню такого давно.
«А я не помню, чтобы возбуждение настолько сильно ударило в голову, чтобы наплевать на место уединения” парировал я мысленно, помогая Алисе одеваться.
Ехал я домой один, полностью растерянный. Алиса, как она думала, своего добилась и ехать ко мне уже не хотела.
Тишина квартиры встречала меня с раскрытыми объятиями. И не сказать, что она давила. Мне нужна была эта тишина, чтобы спокойно обдумать увиденное и решить, как теперь с ней себя вести. Завтра у них две лекции.
Прикрыл глаза и тут же вспомнились упругие груди и торчащие из-под рубашки соски.
Нет, так дело не пойдёт. С ней надо просто поговорить, иначе украденная картина, предназначенная не для моих глаз сведет меня с ума.
Включил телевизор, кофемашину (варить хорошее кофе времени не было), в общем все звуки, чтобы отвлечься. Не хватало ещё как школьнику закрыться в душе. Да, желание никуда не исчезло, потому что маленькие острые вершинки грудей дразнили даже сквозь другие мысли.
На следующий день я проснулся раньше, хотя и так привык вставать затемно, взбодрился кофе и нервничал в пробках. Подумаешь, все как обычно. Так почему я так торопился на работу? Понимание пришло, когда после звонка аудитория заполнилась той самой группой факультета английского языка.
Таня, как только зашла, тут же побежала наверх и скрылась за широкой спиной. А после звонка, первая выскочила, ни разу на меня не посмотрев.
«Назначу на сегодня семинар, передам через старосту и тогда уж точно с ней поговорю», подумал я, смотря как аудитория заполняется новыми студентами, слыша очередные ожидаемые шепотки: «Какой красавчик».
На семинар она не пришла.
Глава 7. Таня
Он назвал меня безответственной, безалаберной, невнимательной и гуляющей. Последнее особенно задело.
Я ведь не такая.
А ещё он сказал это при всей группе. Нет, пальцем он ни на кого не указал, но такое чувство, будто все всё поняли.
Спасала спина одногруппника. Наградил же Бог некоторых.
Я не могла взглянуть на него без обиды и горечи. А потом ещё и ругала себя за это. Ну какая обида на преподавателя? Да, он мне понравился, да, он выглядел старше, да, он меня спас, но от взаимной симпатии ли? К тому же, я не знала тогда его специальность. А теперь, когда узнала, я понимала, что все мои зарождающиеся чувства, несмотря на их противоречивость, абсолютно глупые.
Под конец лекции я совладала с собой и обещала себе, что выброшу из головы любые мысли, касающиеся личной жизни преподавателя. Что буду вести себя, как примерная студентка, пересяду наконец поближе, посмотрю в глаза и буду внимать всем его словам.
И пропустила звонок. Опомнилась только тогда, когда аудитория оказалась пустой. Подняла глаза и встретилась с ответным разглядыванием с другого конца кабинета.