Когда он остановился на «красный», в боковое стекло ему вдруг настойчиво постучал поравнявшийся с ним какой-то мотоциклист в черном шлеме, полностью закрывавшем его лицо. Подумав, что это кто-то из его знакомых, Петя опустил стекло.
– Ты Петя Загребнюк? – не открывая своего лица, спросил мотоциклист.
– Ну я, а что? – недоуменно переспросил Петя.
– Да вот путевку тебе просили передать. В ад… – мрачно сообщил ему одетый во все черное мотоциклист на черном скутере, и Петя вдруг увидел направленный ему прямо в лоб удлиненный глушителем ствол. Это было последнее, что он увидел в своей жизни…
Занимаясь раскрытием этого явно заказного убийства, Влад понимал, что шансов найти убийцу и заказчика, если это действительно заказное убийство, у него практически никаких. Стопроцентно раскрываются в основном так называемые бытовухи, когда какой-нибудь алкаш после совместного распития спиртных напитков зарезал собутыльника (на почве, так сказать, внезапно возникших неприязненных отношений), и тому подобное. А такие преступления, как заказные убийства, в большинстве случаев сразу попадают в категорию «глухарей», и никакой Шерлок Холмс или Мегрэ наемного убийцу не найдет, потому как искать непосредственных исполнителей – дело, как правило, изначально безнадежное. Профессионалы работают чисто и следов после себя не оставляют, а главное – у киллера нет личных мотивов для совершения убийства, поскольку с жертвой ранее его ничего не связывало.
Но даже если выйти на заказчика, не факт, что он укажет на исполнителя. Он его просто не знает, если заказ сделан через посредника, и не одного, и поэтому отследить всю цепочку крайне сложно, особенно когда в этой цепи вдруг выпадают целые звенья. Суду же нужны прямые доказательства причастности заказчика к совершенному преступлению и, разумеется, непосредственный исполнитель. Когда заказчик, посредники и наемный убийца предстанут перед судом в одной упряжке, тогда заказное преступление можно считать раскрытым. На практике же такое торжество закона случается крайне редко. Тем не менее Влад был почему-то уверен, что он раскроет это заказное убийство. Фабула была такая: в центре города среди белого дня неизвестный на скутере в упор расстрелял из пистолета с глушителем водителя спортивного «порше», остановившегося на красный свет светофора, после чего скрылся с места происшествия, бросив под колеса «порше» пистолет. Задержать киллера по горячим следам не удалось. Его скутер был без номеров, сам киллер – во всем черном, на голове – мотоциклетный шлем с тонированным забралом, полностью закрывающим лицо. На пистолете никаких отпечатков, разумеется, не было, поскольку преступник стрелял из него в перчатках.
Искать убийцу по таким приметам – дело бесполезное, и Влад начал оперативно-розыскные мероприятия с личности потерпевшего, который оказался сыном владельца автосалона «Nissan». Версия, что убийство Петра Загребнюка, не успевшего окончить третий курс юридической академии, как-то связано с бизнесом его отца, перспективы не имела. Старший Загребнюк заверил Влада, что у него не было никаких проблем с автобизнесом, в котором он уже десять лет.
Кому же тогда Петя дорогу перешел, что по его душу прислали киллера? Опросив его сокурсников, друзей и подруг, Влад пришел к выводу, что Петр вел типичный для его круга праздный образ жизни – дискотеки, девочки, рестораны. А любимым его занятием было погонять на машине, и он не пропускал возможности поучаствовать на своем спортивном «порше» в «драг-рейсинге», но ДТП с его участием в городе зафиксировано не было.
Все его знакомые уверяли, что никогда не слышали, чтобы Пете когда-нибудь кто-нибудь угрожал, да и сам Петр никого вроде бы не опасался, иначе папа приставил бы к нему телохранителя.
Не установив мотива преступления, раскрыть преступление практически невозможно, тем более заказное убийство, и Влад пошел по накатанному пути – опрашивать всех, кто имел хоть какое-то отношение к делу, и проверенный метод таки дал результат. Во время беседы с одной из Петиных знакомых Влад заподозрил, что Светлана, так звали бывшую пассию Пети, явно чего-то недоговаривает.
– Светлана, Петю ведь не случайно застрелили, а значит, было что-то, из-за чего кто-то мог желать его смерти, и мне кажется, что вы знаете больше, чем мне сейчас рассказали, – заметил Влад.