«Запомни, не было там никакого изнасилования, она сама, шалава, дала!» – увещевал замполит, но до него быстро дошло, что давить на Влада бесполезно, и ему пришлось ретироваться. Вмешательство в это дело замполита – еще ерунда. Вскоре Тарасюк получил команду от прокурора района доставить задержанного «мажора» в прокуратуру. Узнав, что прокурор пожелал лично побеседовать с задержанным, Влад никак не ожидал, что уже через час районный прокурор отпустит насильника на все четыре стороны. А потерпевшей тот же прокурор потом в лицо заявил, что, мол, «сама дала», да еще и пригрозил посадить ее за то, что она якобы оговорила невиновного парня. Так что понятно, для кого старался Тарасюк, отказавшись выдать ей направление на судмедэкспертизу, которая подтвердила бы факт ее изнасилования. Влад знал, что никто не может его в чем-либо упрекнуть, но чувство вины перед пострадавшей девушкой осталось на всю жизнь: ведь он лично обещал ей, что депутатский сынок понесет заслуженное наказание, не предполагая, что прокурор выступит в роли личного адвоката насильника.
Когда прокурор отпустил депутатского отпрыска, одним росчерком пера сняв с него все обвинения, тот, довольный, что все так легко для него закончилось, заявился в дежурную часть с требованиями, чтобы ему вернули изъятые у него золотые часы. Не успевший смениться Тарасюк направил его за часами к начальнику уголовного розыска, но тот внаглую от всего отперся, заявив, что никаких часов не видел, знать ничего не знает, и посоветовал обратиться с этим к старшему лейтенанту Литвинову. Мол, тот изымал, вот пусть он и возвращает.
Влад, услышав в свой адрес претензии по поводу загадочного исчезновения часов, просто обалдел. Такого крысятничества от своего начальника, с которым не раз приходилось выезжать на задержания, он никак не ожидал. Благополучно ускользнувший от правосудия насильник в надежде, что менты ему все-таки вернут часы, еще с неделю таскался в райотдел, но так ничего и не добился.
Как потом майор Тарасюк сказал Владу, его ошибка была в том, что в своем рапорте, который он зарегистрировал, он не указал, что к рапорту еще прилагается протокол об изъятии часов. Вот начальник розыска этим и воспользовался и присвоил золотые часы себе, а протокол об их изъятии, в котором они фигурировали как часы из желтого металла, просто выбросил в корзину, будто и не было его в собранном им первичном материале.
На том эта на редкость паскудная история и закончилась. Работая в уголовном розыске, операм редко приходилось получать благодарности. Даже если, не считаясь с личным временем, добросовестно выполнять свой служебный долг – вряд ли сможешь в полной мере защитить доверившихся тебе людей от посягательств двуногих представителей преступного мира. Дойди дело до суда над насильником – не поздоровилось бы в первую очередь, скорее всего, заявительнице, ведь дружки подонка не упустили бы случая ей жестоко отомстить. Но Влад с его обостренным чувством справедливости не мог оставить избежавшего уголовного наказания подонка безнаказанным. Бросив на стол своего вороватого начальника рапорт об увольнении по собственному желанию, которое тот тут же подписал, Влад на следующий день так избил насильника, что тот вряд ли когда-нибудь уже сможет еще кого-то изнасиловать. Самому же Владу, чтобы не отправиться на нары за самосуд, пришлось срочно выехать из страны. Так он оказался в Иностранном легионе.
На заработанные в легионе деньги Влад открыл собственное детективное агентство «Интерпоиск». Специфика работы вроде бы та же, что и сыскарей угрозыска, и сотрудники его детективного агентства почти все бывшие розыскники, но есть существенное различие. Частные детективы работают на себя и защищают интересы оплачивающего их работу клиента, а не общества в целом, как рядовые опера, с которых вышестоящее начальство ежедневно спускает шкуру за показатели раскрываемости. И еще частный сыщик вправе отказать клиенту, и никто его не принудит заняться расследованием, если детектив по каким-то причинам не захочет за него браться, райотделовский же опер таких вольностей себе позволить не может.
Для Эдмона у него было особое задание. В «Интерпоиск» обратился некий Смирнов Константин Викторович, встревоженный тем, что уже три дня не может дозвониться до своей дочери Полины, которой он накануне подарил спутниковый телефон «Иридиум», с которого можно позвонить с любой точки мира независимо от того, есть там сотовое покрытие или нет. Вне зоны доступа уже три дня был и мобильный телефон ее мужа Глеба Заварова, с которым она отправилась в свадебное путешествие в Турцию.