— Как ты могла, Венгерова! — с ходу бросил босс.
Первое, что пришло Анюте в голову, — это поцелуй в щеку, которым она вчера простилась с господином Жаком Тириньи.
«Глупости! Здесь что-то другое».
— Может, предложите для начала сесть, — попыталась она перевести разговор в другую тональность.
— Узнаешь?! — не обращая внимания на ее слова, грозно проговорил босс, поднял со стола какой- то листок бумаги и сунул его Анне.
Аня поправила очки и наконец разглядела, что именно ей предъявили — страничка из настольного перекидного календаря для деловых записей.
— И что? — по-прежнему ничего не понимая, спросила она.
— Что, что, — зло передразнил ее босс, — да то! Это улика! Из твоего календаря улика! И знаешь, что здесь записано? — Анна ничего не ответила, а босс все с тем же напором продолжил: — Электронный адрес нашего врага, гендиректора «Миссии плюс»!
— И что? — выдавила Анна.
— Она еще из себя дурочку строит! — возмутилось начальство. — Не поможет! Мы докопались до истины! Это ты украла сценарий рекламного ролика! Ты продала его конкуренту! Ты... ты... ты уволена, Венгерова!!!
2
Такого позора, такой жгучей обиды за содеянную над собой несправедливость Анна еще никогда не испытывала. Как ей удалось добраться до дома, она, наверное, не смогла бы ответить даже под гипнозом. Сил у нее хватило только на то, чтобы доплестись до дивана и рухнуть на него лицом в подушку.
Оказавшись в горизонтальном положении, она не выдержала и дала волю слезам. Но плакала пристойно, без дурацких рыданий, и исключительно потому, что уж больно повод был железный — увольнение подчистую, даже без выходного пособия.
Разумеется, без боя Аня не сдалась. Чтобы безропотно взять на себя чью-то вину... Нет, это не ее стиль!
— Никаких электронных адресов я не писала! — заявила она боссу. — Меня подставили!
Так оно на самом деле и было. Улику, изобличающую Анну Венгерову, без всякого сомнения, состряпал тот (или та?), кто по заданию «Миссии» украл сценарий рекламного ролика. Его явно вспугнуло внутреннее расследование. Вот он и решил на всякий случай прикрыться «королевой менеджмента».
Оправдаться Анне не удалось. Слишком уж все одно к одному. И деньги-то ей нужны (все знали, что копит на квартиру!) И из «Миссии плюс» в «Валькирию» она перешла по непонятным причинам (в зарплате-то ничего не выиграла!). Плюс этот невесть откуда взявшийся электронный адрес. Да еще кто-то видел Аню в компании секретарши из «Миссии» (да, она повстречалась с ней не так давно, но при каких обстоятельствах!!!)... Будь на ее месте другая, будь она, Анна Венгерова, судьей, ей ничего бы не оставалось, как сделать тот же вывод: виновна!
— Скажи спасибо, что мы отпускаем тебя живой и здоровой, — заметил на прощанье босс. — Считай, что ты легко отделалась.
Спасибо Аня, конечно, не сказала. За что спасибо, когда в душу наплевали? Обидно! И обидней в тысячу раз, что Лева Жебунов тоже принял участие в этой экзекуции. Правда, он не проронил ни слова обвинения, но и ничего в ее защиту тоже не сказал. Значит, поверил, что она могла... у него...
Анна оторвалась от успевшей промокнуть подушки, нашла место посуше, но упиться слезами всласть не дали.
— Извини, — услышала она за спиной, — тебе плохо?
Она узнала этот голос — голос бывшего уголовника Вани Глебова.
— Мне не плохо, — не меняя позы, ответила Анюта, — мне хреново. Ты почему без стука?
— Дверь была приоткрыта... Я шел мимо... Что-то случилось?
— А тебе не все равно?! Мне жилеток не надо, у меня подушка есть. Свободен!
— Знаешь... То, что доводит до слез, лучше в себе не держать. Мы ведь соседи... Могу я что-то для тебя сделать?
— Можешь! Отвали! — ответила Анна.
— Это из-за... как его там... Первухина? Хочешь, я его порежу? А могу и вообще загасить. Мне это раз плюнуть. Сейчас прямо пойду и придушу его своими руками.
— Ты что, с ума сошел! — Анюта вскочила с дивана. — При чем здесь Первухин! — В том, что Глебов пойдет и придушит Гришу, она почему-то нисколько не сомневалась, поэтому и перепугалась не на шутку. — Меня просто уволили с работы — вот и все.
— Значит, с работы уволили... — задумчиво проговорил Иван. Он стоял на пороге (все те же джинсы, та же черная футболка), прислонившись спиной к дверному косяку, сложив руки на груди. — Тогда будем мочить твое бывшее начальство.