Вернувшись на нашу поляну, я застала Серого в зверином обличье, а Сивку жующим траву.
- Ну ты и долго! - прошамкал он, подняв голову. - Я уже пожавтракать ушпел.
- Давай быстрее, - буркнул Волк, - я тоже есть хочу.
- Тут недалеко есть деревенька, - вклинился Конь, - двигаемся туда, там вы едите, и уже идем дальше.
- Хороший план, - я согласно кивнула, так как в животе урчало.
Еще бы, столько времени голодать! Тут и похудеть недолго!
Вообще-то я хотела сбросить пару-тройку килограммов, нажитых непосильным трудом - тортики вечерами на дежурствах давали о себе знать. Пациенты ведь что носят - сладости! Ну не таскать же их домой, вот на дежурствах и едим. Право, лучше б колбасу носили.
Была, кстати, у меня пациентка одна, которая, находясь на дневном стационаре, приносила утром нам горячую пиццу. Вкуснота!
С тоской вспомнив об ароматной итальянской лепешке, я сжала губы - не буду думать о еде, сытнее от этого не станет. Молча взобравшись на Сивку, я вцепилась в гриву и сжала ноги, чувствуя, как болят мышцы внутренней поверхности бедер от вчерашней скачки. Эх, Дульсинея - изнеженный цветочек, надо было в спортзал ходить, как бабуля советовала!
- Держись крепче, девочка, я с утра ураган! - заржал Конь и резво понесся вперед сначала по земле, а потом и перемахивая через верхушки деревьев.
Голова закружилась, сердце ухнуло куда-то в район малого таза, ноги судорожно сжались, а из горла вырвался какой-то подозрительный писк. Справа от меня серой тенью стелился Волк, который, оказывается, тоже умел преодолевать гравитацию, внизу и позади оставались высокие сосны, какая-то серебристая речушка, и все это мелькало как в детском калейдоскопе от скорости. Странно, но бьющий в лицо ветер не был холодным, он моментально высушил на мне одежду и волосы, которые гривой развевались позади, а я, успокоившись, даже начала наслаждаться этой бешеной скачкой, или, вернее сказать, полетом. Под конец даже руки раскинула в сторону, как крылья, представляя себя птицей, парящей в небесах.
Деревушку впереди я увидела в просвете облаков, ряд аккуратно стоящих домиков на берегу небольшого озера.
Мы спланировали не прямо к ней, а чуть в лесочке, Волк тут же перекинулся в человека, натянул свою одежду, подмигнул мне, белозубо улыбаясь, а потом протянул ко мне руки:
- Иди сюда, краса ненаглядная, пойдем к добрым людям.
Непонятно отчего зардевшись, я сползла прямо ему в руки и отшатнулась, внезапно ощутив, что этот волчара - симпатичный парень не хуже Коши. И влюбиться в него - раз плюнуть, а я в последнее время девушка ненадежная в этом плане, видимо, часики дотикали, скоро будильник зазвенит.
- Пошли, что ли? - Волк взял мою ладошку в свою лапищу и пошел широкими шагами по тропинке. - Жрать хочу, коня бы съел!
- Но-но! - всхрапнул Сивка. - Коня не трогать. Я жилистый и вредный, икаться потом будет до самой Пасхи.
- Ничего, жилистый тоже пойдет, - миролюбиво усмехнулся Серый, из жил холодец вкусный.
И облизнулся, гад!
Так, беззлобно подначивая друг друга, Конь и Волк шли чуть впереди, я на шаг отстала и вертела головой в разные стороны, а потому сразу и не заметила, что они резко остановились, пока не ткнулась носом между лопаток Серого.
- Ну дела! - присвистнул он, а я вытянула шею, углядеть, что ж там такое удивительное.
39
- И я такого не помню, - поддакнул Конь. - А уж я-то помню, чего и другие не помнят.
Я еще раз вытянула шею и посмотрела на деревню - ничего странного, обычные домики, будто с картинки, ровненькие, бежево-сливочные, крытые где зелеными, а где кирпично-красными крышами, аккуратные заборчики, с высоты пригорка, где мы стояли, смотревшиеся кукольными, колодец посредине деревни с огромным воротом. Людей не было. То ли было жарковато сейчас, то ли все заняты, но ни в огородах, ни возле озера, ни в самой деревушке никого не наблюдалось.
- Да уж, - задумчиво почесал голову Волк.
- Да что такое-то? - не выдержала я и ткнула его между лопаток кулаком.
Серый оглянулся, смерил меня взглядом, пожал плечами.
- Пряничная деревня, - буркнул он. - Неизвестно кем и для чего построенная. Не чуешь запаха что ли?
Я принюхалась. И в самом деле - аромат, щекотавший ноздри, и который я приняла за готовящуюся выпечку, доносился от этих домиков. Мы медленно приближались, и с каждым шагом становилось все яснее, что вряд ли тут кто-то живет - больно уж ухоженно смотрелись дворики, да и не живые были тут цветы и растения. Тишина угнетала. Я вжала голову в плечи и огляделась настороженно, казалось, что сейчас на меня кто-то прыгнет страшный. Как в фильмах ужасов.
- Вот и мне так кажется, - тихо сказал Серый, озираясь. - Нехорошее место. Чует мой хвост, нечисто тут.
- Надо нам отсюда убираться, - пророкотал Сивка, - вы давайте на меня оба забирайтесь, а я постараюсь сразу далеко отпрыгнуть, а там уже и поскачем во весь опор!
Волк запрыгнул первыми подал мне руку, но я не успела - позади раздался какой-то вкрадчивый голос:
- Так-так-так! - с ласковыми интонациями произнес кто-то позади меня. - И кто ж к нам пожаловал?
Вот чует мой хвост… то есть, моя попа, что это маньячило какой-нибудь!
Обернувшись, я прижалась спиной к горячему Сивкиному боку и уставилась на приближающегося с улыбкой толстяка. Весь облик его излучал радушие и доброту, усы как у Михалкова в лучшие годы топорщились, в уголках глаз лучились морщинки.
- Понравилась моя деревня, а? - толстяк подошел ближе и ухмыльнулся.
- Ничего так, ароматненько, - осторожно отозвалась я, дергая Волка за ногу, мол, давай быстрее, тяни меня к себе, но он отчего-то медлил.
- А уж как я старался, как старался, - покивал головой усач, - да только вот оценить некому.
- Ээээ, так мы пойдем?
Я почувствовала, как сильная лапища Серого хватает меня за запястье и тянет вверх, но тут же и другая не менее сильная лапища схватила меня за ногу.
- А девочку я попрошу оставить! - пророкотал толстяк, вмиг из добродушного превращаясь в монстра с кривыми острыми зубами. Я почувствовала себя резиновой куклой, которую двое детей тащат каждый в свою сторону, силой не уступая друг другу, и завизжала. Раньше я и не знала, что умею такие звуки издавать, громкие и противные, а главное - не могла остановится, пинаясь и брыкаясь, стараясь пяткой свободной ноги попасть в толстяка. В какой-то момент мне это удалось, он отшатнулся, а Волк успел втянуть меня на Сивку и усадить перед собой, после чего коняшка наш взлетел стрелой и приземлился уже за деревьями, а потом погнал во весь опор, резво перебирая копытами. Спустя полчаса такой бешеной скачки он остановился, тяжело дыша. Бока его вздымались и опадали, а мы с Волком буквально сползли на землю и развалились на спине, унимая бешено стучавшие сердца.
- Да уж, ну и приключение! - хрипловато после визга сказала я, покосившись на спутника.
- И главное - ведь в русских сказках такого нет! - пожаловался он, тоже посмотрев на меня. - Уж чего у нас только нет, только вот пряничных маньяков точно не было. Откуда только взялся? Сивка, ты не знаешь?
Конь, уже отдышавшийся, мотнул головой.
- Нет, - сказал он. - Я ж давно уже не путешествовал, а тут вообще в первый раз. Развелось нечисти!
- То ли еще будет! - мрачно предрекла я, поднимаясь на ноги. - А главное - есть хочется, пить хочется, и других человеческих радостей тоже.